Крестьяне прятались от спасателей на чердаках и в подвалах

В Хынчештском районе люди не хотели покидать затопленные дома, чтобы сторожить свое добро и спасать скотину.
В селе Обилень — прифронтовая полоса

Когда мы подъехали вчера, 8 июля, в село Немцень Хынчештского района, в бусик грузили тело погибшего во время наводнения 37-летнего местного жителя Виталия Дорончану. Его завернули в плед и осторожно положили на пол салона машины.
- Виталий с братом Толей вдвоем живет, вернее, жил, - говорит Сергей Черней, один из мужиков, куривших в сторонке. - Когда началась экстренная эвакуация, они отказались покидать дом. Говорят, вроде, пьяные были. Им в окно стучали, предупреждали об опасности, а Виталик ответил: «Мы ничего не боимся!»

Сворачиваешь с Леушенской трассы и как будто попадаешь в прифронтовую зону. Кругом деловито-озабоченные люди в форме — полиция, спасатели, карабинеры, дорога забита техникой, машинами, людьми... У всех сегодня враг один — Большая вода, идущая по Пруту. Поля, на которых еще вчера росли пшеница, кукуруза и подсолнечник, превратились в залитые водой рисовые плантации Китая или какого-нибудь Вьетнама. У кромки воды — граница. За ней — затопленные дома, огороды и дороги. Стоят сельчане,
ждут спасателей.
Водолазы на моторной лодке снуют туда-сюда, спасая добро очередного пассажира.

- Вода минут за пятнадцать все затопила, - вспоминает советник примэрии Немцень Христофор Кожокару.

Он составляет списки оставленного в затопленных домах добра, опрашивая каждого их его хозяев.

- Люди не сразу осознали опасность. Столько трудов и сил вложить в дом, в хозяйство - и все в один миг пошло прахом!
Местные старики вспоминают, что подобное наводнение в Немцень было аж в 1933-м. Очередной рейс спасательской моторки, и на берег выгружают мешки с посудой, тазы, бытовую технику и старую швейную машинку.

- Глубина, говорят, метров десять, - говорит Валерий Ботнару и показывает рукой на дома, как будто плывущие по воде. - У меня вон там дом, рядом мама живет. Как начали нас эвакуировать, я сразу к ней помчался - деда спасать. Он ветеран войны, не ходит. Я его на руках нес по воде.

В спешке многие ничего не успели взять из дома, некоторые — только документы, у кого поросенок погиб, у другого, наоборот, корову спасли...
Кстати, Анатолий, брат погибшего Виталия Дорончану, числится пропавшим без вести. Его пока не нашли...
Едем в соседнее село Котул Морий. По пути заезжаем в местную школу. Здесь распределяют продовольствие для пострадавших от наводнения. Нам показывают классную комнату, где хранятся около сотни батонов хлеба, крупы, соления, вода.

- Жители соседних сел добровольно приносят продукты, - говорят нам с гордостью. - Из сел Чучулень, Ивановка, Дрэгушений Ной.
Во дворе местной детворе раздают булочки и печенье. Дети гурьбой наваливаются на сладкое.
- Сегодня первую партию детишек отправляем в детский лагерь, - говорит нам один из учителей. - И каждый день будем отправлять! Всех пострадавших! Пусть дети бесплатно отдохнут и забудут, что им пришлось пережить.


Подъезжаем к полноводной реке. Села Обилень и Котул Морий разделяет двухкилометровая дорога, точнее, разделяла. Сегодня здесь некая «дорога жизни». По воде в сторону затопленного села Котул Морий идут трактора, грузовики и большегрузные военные машины. Обратно транспорт тянет доверху наполненные скарбом кузова. «Дорогу жизни» контролируют карабинер и спасатели. На наших глазах женщина средних лет на велосипеде резво прошмыгнула мимо часовых и рванула домой по воде. За ней бросился мальчишка-карабинер. Не догнал...

- Здесь у нас работают 60 человек, - рассказывает первый заместитель командующего войсками карабинеров Юрий Коханюк. - Следим за порядком. Видали, что порой происходит?!

Рядом дежурит машина «скорой помощи». При нас оказали помощь старику, у которого растяжение ноги, женщине с покрасневшими глазами мерили давление.

- В основном травмы мелкие, - говорит доктор из Хынчешт Юрий Плугару. - Очень удивляет, что люди спокойные, нет массового психоза. А ведь они потеряли все,