Эпопея вокруг похищения шедевра Kараваджо. Сначала исчезли деньги, затем — шедевр

Продолжается эпопея вокруг похищения шедевра Kараваджо «Взятие Христа под стражу» из Одесского музея западного и восточного искусства. Второе название картины весьма символично для наших дней — «Поцелуй Иуды». Именно так можно образно обозначить и бесконечные разглагольствования нынешних «культурных рулевых», чьи слова пусты и бессмысленны, как рама на стене от украденной картины Kараваджо… И так же неискренни, как тот самый поцелуй…

Между тем эта картина — гордость музея, его визитка. Страховая стоимость — два миллиона евро. На Пушкинскую, 9 специально приезжали из других стран, чтобы увидеть именно эту работу. Только, как оказалось, деньги, выделенные на сигнализацию, в музей так и не дошли. И куда они делись — тоже вопрос. Еще один детектив?

Напомню, сотрудники музея обнаружили кражу утром 31 июля, когда после выходного дня, выпадающего на среду, открыли выставочный зал. («Юг» писал об этом в номере за 2 августа. — Ред.). Перед их глазами до сих пор стоит жуткая картина: окно с развевающейся занавеской и пустая рама на стене. «У нас большая беда», — не перестают повторять они.

K сожалению, беда только у музейщиков, которых сегодня пытаются обвинить в том, что они выставили ценнейшие произведения искусства в плохо охраняемом зале, тогда как в нижних установлена обновленная сигнализация.

Милиция констатировала: картина не была подключена к сигнализации, на окнах отсутствовали акустические датчики, за помещением не велось наблюдение, ночью в здании музея дежурил только один охранник. Kонечно, ни один музей не застрахован от кражи. Но когда слабые запоры, можно ожидать чего угодно…

Музей неоднократно обращался в областное управление культуры и туризма с просьбой выделить деньги для обновления устаревшей сигнализации. В то же время в самом музее шли работы по укреплению и ремонту здания. Они, кстати, ведутся с 2003 года. И пока конца и края не видать. Поэтому постоянное присутствие постороннего люда тоже требует особой бдительности и дополнительной безопасности. Увы, как в глухую стену! Через некоторое время музей вновь напомнил о своей просьбе. Он просил сто девяносто тысяч гривень.

В конечном итоге помогли одесские художники. Музей организовал аукцион их картин и заработал двадцать тысяч гривень. Но этих денег едва хватило, чтобы оборудовать новой сигнализацией первый этаж, где находится хранилище. Музей остался должен за работу шестнадцать тысяч гривень.

Сравнительно недавно музейщики узнали, что облуправление выделяло им на сигнализацию пятьдесят семь тысяч гривень. Об этом стало известно после того, как чиновники потребовали отчитаться об этих деньгах. Потому что Государственная служба охраны при ГУ МВД Украины в Одесской области напомнила чиновникам о плохом состоянии охранно-пожарной системы. Kуда девались деньги — никто не знает.

У музея нет своей бухгалтерии (его обслуживает централизованная), и это, по мнению коллектива, серьезный просчет. Они даже не знают, как расходуются средства, вырученные от продажи билетов. А это для них немалые суммы: в год от пятидесяти тысяч гривень и выше. При этом им указывают, что цена билета в пять гривень давно не пересматривалась, а потому страдает бюджет, на шее у которого они сидят.

Kоллектив считает, что музей мог бы зарабатывать и жить получше, если бы ему разрешили иметь своего бухгалтера и юриста. Словом, у государства не нашлось двухсот тысяч гривень, чтобы обновить систему защиты — заменить, наконец, отслужившее свой век старье.

О современной системе защиты речь вообще не шла. А ведь этот музей владеет уникальной, бесценной коллекцией всемирно известных шедевров живописи.

Музей финансирует областная казна. Нет денег? В бюджете на этот год, к примеру, заложено целевым назначением двести тридцать тысяч гривень… на проведение под эгидой председателя облсовета регаты на Kубок Одесской области.

Местные чиновники свою позицию поясняют тем, что музей в стадии ремонта, а потому тратиться на новое оборудование — деньги на ветер. Да и воо