Задачи для нас

МОСКВА, 25 августа / РИА Новости Сергей Караганов, Декан факультета мировой экономики и политики Высшей школы экономики /. Сначала о некоторых итогах.
Стало очевидно, что США проиграли Ирак и ситуация в стране быстро скатывается в направлении к гражданской войне, которая будет втягивать в себя прилегающие страны. Вопрос состоит в том, когда США уйдут и есть ли хотя бы теоретическая возможность международными усилиями предотвратить превращение территории Ирака в рассадник нестабильности и терроризма почище Афганистана в прошлые годы.
В США начал быстро формироваться постиракский синдром, аналогичный поствьетнамскому, который на 6-8 лет ограничил возможности и готовность США применять военную силу, проводить активную внешнюю политику на фоне резкого падения престижа и популярности США в мире.
Вползание в новый синдром не означает, что США не предпримут в ближайшие годы никаких силовых действий или не будут подталкивать к ним союзников. (Во время заканчивающейся войны Израиля с Хезболла было очень похоже, что кто-то в Вашингтоне рассчитывал, что Тель-Авив ударит по ядерным объектам в Иране. Израиль пока удержался).

Не только самая сильная военная держава фактически проиграла войну. Ее политически проиграла и самая, пожалуй, эффективная армия мира – израильская. Решив выбить Хезболла из южных районов Ливана, она не смогла этого сделать. Добившись ничьей, Хезболла выиграла. При этом антиизраильские настроения возросли не только в арабском мире, но и среди стран, традиционно поддерживавших Израиль. Политический проигрыш усилил опасения в отношении долгосрочного будущего этой страны, обладающей, кстати, существенным ядерным потенциалом.

В безусловном политическом выигрыше оказался Иран. Война в Ливане отвлекла внимание от его ядерной программы, а его союзник и клиент Хезболла одержал политическую победу. Стало очевиднее, что Тегеран имеет политическую волю и мастерство играть и выигрывать в сложных политических комбинациях. В новый тур торговли вокруг перспектив своего ядерного потенциала он вступает с более сильными картами.

На глазах усугубляется ситуация в ядерном Пакистане. Там не только нарастает социальная напряженность, способная в любой момент привести к взрыву и к приходу к власти радикальных исламистов, но и слабеют политические позиции президента Мушарафа, считающегося гарантом ядерного потенциала страны. Между тем, становится все более очевидным, что в случае его падения никто не сможет гарантировать пакистанские бомбы от попадания в руки радикалов.
Все эти и некоторые другие тенденции на фоне не улучшающейся, если не ухудшающейся ситуации в Афганистане показывают, что нестабильность на «расширенном Ближнем Востоке» нарастает, позиции радикальных исламистов усиливаются, вероятность развертывания региональной гонки ядерных вооружений растет.

За последние восемь месяцев стало очевидным, что лидеры международного сообщества едва ли не окончательно проиграли борьбу против «ядернизации» Северной Кореи. К тому же Пхеньян испытал, хотя и не известно насколько удачно, серию ракет большого радиуса действия и ушел безнаказанным. Вероятность развертывания гонки ядерных вооружений на Дальнем Востоке поднялась еще на один уровень.

С ускорением развивалась тенденция к общей хаотизации и ослаблению управляемости международными отношениями. Страна, объявившая себя единоличным лидером, несколько раз провалилась, ЕС сделал еще один шаг на пути превращения во внешнеполитического карлика. Союз даже не попытался всерьез поучаствовать в урегулировании конфликта в Ливане и, похоже, не собирается посылать туда миротворцев. Отдельные европейские страны – посылают. Складывается впечатление, что европейцы пытаются спрятаться за спиной ослабевших США.

Нереформируемая ООН еще раз продемонстрировала свое бессилие во время последнего ближневосточного кризиса. Стороны конфликта почти в открытую отказывались от того, чтобы миротворческую миссию в Ливане выполняли «голубые каски» ООН из-за их крайне частой неэффективности. «Кас