Власти Гагаузии обещают создать проблемы компании Frontera Resources

Дискуссии в Гагаузии провели после заявлений Комрата о незаконности концессии без одобрения ее властями автономии. Договориться, однако, не удалось, хотя кишиневские чиновники готовы были идти на некоторые уступки, в частности, по сланцевому газу. Башкан Ирина Влах пригрозила Кишиневу судебным иском и референдумом. Подробности — в репортаже из Комрата корреспондента NM Николая Пахольницкого.

Что, где и кто

Дискуссии о договоре концессии с Frontera Resources International  LLC, инициированные главой Гагаузии Ириной Влах, прошли 29 марта в  Комрате. Со стороны Гагаузии в них участвовало около сотни человек, в  том числе Ирина Влах, члены гагаузского Исполкома, депутаты Народного  собрания Гагаузии (НСГ), представители местных мэрий, общественники и  жители автономии.

Молдавское правительство, заключившее договор с Frontera Resources,  на встрече представляли министр окружающей среды Валериу Мунтяну,  замминистра юстиции Николае Ешану и замминистра экономики Виталие Юрку.  «Группа поддержки» состояла из двух депутатов-демократов — Корнела  Дудника и Николая Дудогло.

Вокруг здания комратского лицея, в котором проходила встреча,  прогуливались десятки полицейских, а неподалеку проходил митинг против  договора концессии с Frontera Resources и повышения штрафов за нарушение  ПДД. 

Договор концессии с Frontera Resources молдавское правительство  подписало в начале января этого года. Согласно договору, американская  компания получила право на геологическое исследование углеводородов  в Молдове с последующей эксплуатацией месторождений. При этом условия  добычи полезных ископаемых в случае их обнаружения должны быть оговорены  в отдельном контракте. Срок концессии составляет 50 лет, из которых  пять лет компания может заниматься разведкой месторождений, а затем  45 лет их разработкой. При этом сроки разведки и контракт можно  продлить. Планируется, что исследования пройдут на территории 12 тыс.  кв. км на юге Молдовы, в том числе в Гагаузии.

Двое местных жителей, сидевшие рядом с корреспондентом NM, в ожидании  начала дискуссий негромко переговаривались. «У себя пусть там бурят», —  сказал один из них. «Да, у башкана во дворе», —  подхватил другой.  Первый возразил: «Так это [бывший президент Николае] Тимофти подписал  договор». «Ну вот у него пускай и бурят», — согласился второй. 

Наконец, мероприятие началось, и слово предоставили министру  окружающей среды Валериу Мунтяну, который занимался проектом концессии.  «Извините, я буду читать доклад на румынском языке», — начал  министр-либерал. Из зала тут же поправили: «На молдавском!». «Я не  уверен, что смогу хорошо изложить на русском — терминология  специфическая. Но на вопросы постараюсь ответить на том языке, на  котором они будут заданы», — заверил Мунтяну и начал читать доклад.  Переводчик, стоявший рядом с министром, переводил на русский. Из зала,  однако, послышались выкрики: «Говорите на русском».

История с геологией

Министр продолжил и рассказал, что разведка месторождений нефти и  газа в Молдове начались еще в середине прошлого века. Но в 1972 году, по  словам Мунтяну, ее решили прекратить из-за отсутствия результатов.  Затем этот вопрос поднимался в середине 80-х годов в рамках работ по  сейсмической безопасности. Тогда, по словам Мунтяну, на территории  Молдовы было пробурено 49 скважин, самая глубокая из которых R106 — на  4806 метров. В середине 90-х, продолжил министр, был заключен договор  концессии на 20 лет на разведку и добычу нефти и газа с американской  Redeco LTD. Позже его расторгли из-за невыполнения условий, а права  разведки и разработки месторождений перешли к компании Valiexchimp.

Валериу Мунтяну обильно цитировал законы, рассказывал о том, где  именно на юге Молдовы искали и добывали нефть и газ, а также о том, что  Valiexchimp — небольшая компания и не может проводить разведку ресурсов  нефти и газа. Поэтому правительство решило найти такую компанию, которая  может этим заняться.

Министр заверил, что конкурс на право концессии проходил максимально  прозрачно. «Летом прошлого года была создана конкурсная комиссия,  объявления о конкурсе были опубликованы во многих иностранных изданиях, заседания, на которых комиссия принимала решения, записывали на видео,  они размещены на сайте правительства. Итоги конкурса утвердило  правительство, и 2 января был подписан контракт. [...] Этот контракт тоже опубликован», — убеждал Мунтяну.

В завершении своего доклада он сказал, что хочет опровергнуть некоторые  «спекуляции». Люди, подчеркнул министр, должны понимать разницу между  исследованием и добычей полезных ископаемых. И пока, вновь акцентировал  он, договор подписан только на разведку. Доля доходов от добычи  углеводородов, которую получит государство, добавил министр, тоже будет  оговорена отдельно, и в новом контракте будет указан объем разведанных  залежей, которые может добывать концессионер.

Доклад министра длился почти час. Собравшиеся в зале явно скучали. В  заключении Мунтяну решил ответить на вопрос, который сам и задал: почему  государство самостоятельно не займется исследованием месторождений за  $6 млн (такую сумму пообещала вложить в поиски Frontera Resources).  Потому что, подчеркнул министр, «для эксплуатации открытых месторождений  понадобится еще $50-100 млн». В последние 25 лет, добавил он, везде в  мире в таких ситуациях практикуют концессию. «Наше правовое поле  базируется на международном опыте», — заверил Мунтяну.

Все по закону

После доклада последовала сессия вопросов-ответов, открывая которую  заместитель башкана Вадим Чебан попросил присутствующих «уважать друг  друга».

Слово взял вывший депутат Иван Бургуджи. Он обвинил правительство в  нарушении закона «Об особом правовом статусе Гагаузии» и Конституции,  согласно которой земля и недра принадлежат народу. Поэтому, заявил  Бургуджи, решение о концессии правительство должно было согласовать с  автономией.

Мунтяну ответил, что министерство, которое он возглавляет,  руководствовалось в этом случае Кодексом о недрах.  Аналогичные  контракты на добычу других ископаемых, например, щебня, подписываются  регулярно. «Никаких различий нет. Мы на конкурсной основе открываем  карьеры, в том числе в Гагаузии. И ни с кем не согласовываем. И это по  закону», — заверил министр.

Этот вопрос стал основной темой дискуссий. Заместитель председателя  Народного собрания Гагаузии Александр Суходольский заявил, что в 7  статье закона «О концессиях» говорится о полномочиях местных властей.  Суходольский также посетовал на то, что центральные власти не провели  никаких общественных слушаний по концессии.

Мунтяну заявил, что по закону слушания должны проводиться, если в  концессию передается территория, а в договоре с Frontera Resources речь  идет только об исследовании недр.

Суходольский тогда поинтересовался, почему о концессии стало известно постфактум.

Ответить на это вызывался замминистра юстиции Николае Ешану, отметив,  что сложно говорить с людьми, у которых есть свое мнение, независимо от  того, что он скажет. Он подчеркнул, что все решения правительства  публикуются на его официальном сайте. «Договор с Frontera Resources не  дает компании права вести работу на публичной или частной территории.  Если вы найдете юриста, который скажет, что это не так, то мне придется  подать в отставку», — сказал замминистра. Он также поддержал Мунтяну,  заверив, что подписанный договор концессии не дает права добывать «ни  нефть, ни газ, ни сланцевый газ, это все спекуляции».

Комрат оставил за собой право

В спор вмешалась Ирина Влах, которая рассказала, что вопросы,  касающиеся концессии с Frontera Resources, всегда вносились в повестку  заседаний правительства дополнительно, и не было возможности  предварительно с ними ознакомиться. «Я не говорю о политике,  Конституции. Но с властями автономии надо было согласовать?», — спросила  Влах.

Мунтяну в ответ повторил, что подписанный с Frontera Resources  договор ничем не отличается от других подобных, и эти процедуры  оговорены в Кодексе о недрах. «По вашей логике мы должны были спросить  разрешение у 300-500 сел. На территории Гагаузии есть пять-семь  карьеров. Когда их открывали, никто [с властями автономии] не  консультировался. Нет никакой разницы в процедуре заключения договора по  щебню и по газу», — уверял чиновник.

Башкан на это заявила, что решение о концессии «нагло и бессовестно»  приняли за спиной автономии, и пригрозила референдумом. «Мы оставляем за  собой право обратиться в суд и потребовать отмены решения правительства  о концессии. [...] Мы оставляем за собой право провести в  автономии референдум о том, будет ли договор концессии действовать на  территории Гагаузии. У нас есть много возможностей. И мы этими  возможностями будем пользоваться», — пригрозила Влах.

В спор вмешался депутат-демократ Корнел Дудник, заверивший, что «никто  не собирается отнимать недра у Гагаузии», и речь идет лишь о разведке.  Его перебили вопросом о сланцевом газе. «Сланцевый газ и природный газ —  это разные вещи. Методы добычи и разведки абсолютно разные», — сказал  депутат. Зампред мунсовета Комрата Дмитрий Левинтий отметил в этой  связи, что газ — «это пропан, метан и бутан», а сланцевый газ — это «способ добычи».

Тогда министр Мунтяну пообещал внести в договор концессии полную ясность  по сланцевому газу . «В договоре речь идет об углеводородах и в скобках  указано — нефть и газ. Я подумал, что это будет абсолютно понятно. Но  мы внесем поправку в договор и напишем — кроме сланцевого газа. Мы  сделаем это. И не стоит столько топтаться на пустом месте», — нервно  сказал министр.

Пришедших на встречу с кишиневскими чиновниками жителей автономии  интересовали и другие вопросы. Один из местных жителей, например,  спросил, почему Молдова не дружит с Россией. Мунтяну отказался отвечать  на этот вопрос, сославшись на то, что он политический. Зато депутат НСГ  Илья Узун и депутат-демократ Николай Дудогло похвалили министра-либерала  за то, что он, общаясь с людьми, перешел с госязыка на русский.

По окончании дискуссий Ирина Влах, отвечая на вопрос NM о вероятности  судебного иска и референдума, которыми она пригрозила центральным  властям, сказала, что вопрос концессии еще раз обсудят на заседании  исполкома и НСГ и после этого примут решение о дальнейших действиях  Комрата.