В чем причины и суть приднестровского конфликта?

В конце февраля 2007 года исполняется год, как были прерваны переговоры по урегулированию приднестровского конфликта. Тогда их покинула молдавская делегация, обвинив Тирасполь в несговорчивости, а уже 3 марта началась экономическая блокада ПМР.
Как сообщает корреспондент «Нового Региона», об этом пишет обозреватель Агентства политических новостей Олег Неменский. РИА «Новый Регион» приводит текст статьи с сокращениями.

Тирасполь далее отказывался возобновить переговоры без того, чтобы Кишинёв подписал так называемый «транзитный протокол», который, по условиям Меморандума 1997 года, дал бы Приднестровью право на ведение самостоятельной экономической деятельности.

В этих условиях ПМР проводит 17 сентября референдум о независимости и ориентации на Россию, за что высказалось подавляющее большинство проголосовавших. Переизбранный в декабре на посту президента республики Игорь Смирнов обещает провести решения референдума в жизнь.

31 января 2007 года Верховный Совет Приднестровья принял в окончательном чтении постановление об отмене решения ВС ПМР от 6 января 1993 года о создании конфедерации с Молдавией. Далее всё законодательство непризнанной республики должно быть переведено в соответствии с результатами референдума, что означает окончательный отказ ПМР от каких-либо форм государственной реинтеграции с Молдавией.

Во внешнеполитической деятельности заявлено о приоритетах Концепции внешней политики ПМР, принятой в конце 2004 года (на самом деле в 2005 году – РИА «НР»).

И хотя Москва продолжает настаивать на идее создания конфедерации, со стороны Приднестровья заявляется максимум о возможности образования «межгосударственной ассоциации», но не более.

По сути, это означает крах всех прежних планов урегулирования конфликта, выдвигаемых с самых разных сторон. Все они, в той или иной форме, предлагали пути создания федерации.

Однако, как представляется, ни один из этих планов не смог вполне учесть уникальную сущность приднестровского противостояния, не позволяющую использовать при его решении опыт, связанный с другими «сецессионистскими» конфликтами.

Уникальность этого конфликта состоит в первую очередь в том, что он не является межнациональным, межэтническим. Он организован по совершенно иному принципу. Характер конфликта традиционно описывают как противостояние русскоязычного региона с националистической Молдавией.

Однако граница между ПМР и Молдавией – это не граница между русскоязычным и румыноязычным населением. Треть населения Приднестровья – молдаване по национальности, и русского населения там не больше.

Крупное русскоязычное меньшинство (по разным подсчётам составляющее от четверти до трети всех граждан) живёт и в самой Молдавии и ни в коей мере не является приднестровской «пятой колонной». Русские и русскоязычные в Молдавии не чувствуют своей причастности к Приднестровью, а очень многие даже не симпатизируют ему, о чём свидетельствуют соцопросы.

Приднестровские молдаване же проявляют себя такими же убеждёнными сторонниками государственности ПМР, как и две другие трети её населения (русские и украинцы). Все три языка – молдавский (румынский), русский и украинский – являются в ней государственными.

Конфликт на Днестре с самого своего начала показал себя как конфликт принципиально ненационального свойства. В Приднестровье нет даже неформальных партий этнических интересов, нет этнических кандидатов на государственные посты.

Вот первая кровь – трагедия под Дубоссарами 2 ноября 1990 года – тогда погибли три приднестровца: два молдаванина и один украинец. Так ли может начинаться конфликт молдаван и русских?

Значимым аспектом этого конфликта представляется абсолютно «интернациональный» характер общества Приднестровья и сознательно-национальный настрой населения Молдавия.

Последняя уже давно выбирает между двумя концепциями своей государственности – малопопулярным сейчас молдовенизмом, утверждающим национально-молдавский характер страны, и румынским национализмом, изначально о