Усатый опроверг обвинения в подкупе СМИ

«Телеканалы Плахотнюка выложили запись моего разговора с Анной Урсаки, изъятую из её квартиры во время незаконного обыска», - написал в Facebook Ренато Усатый.

«В записи, сделанной 23 декабря 2014 года, через 2 недели после того, как партию «Патрия» сняли с выборов, речь идет об официальном продвижении во время предвыборной кампании 2014 года, - сообщил Усатый. - Все телеканалы этим занимаются на законных основаниях. В разговоре упоминается абонемент (и произносится это слово). Этот абонемент мне показался слишком дорогим, о чем я и рассказываю Анне Урсаки. Говорится, что абонемент мне предложили весной, перед кампанией. Упоминаются и другие телеканалы».

«Да, мы платили всем этим каналам, как и другие партии, за размещение предвыборных рекламных роликов. Платили официально из избирательного фонда. Даже проверки плахотнюковских прокуроров вынуждены будут это подтвердить», - подчеркнул лидер «Нашей Партии».

Ренато Усатый обратил особое внимание прессы на тот факт, что в упомянутых сюжетах использовалась телефонная прослушка, которую способны организовать только спецслужбы, и подверг критике сращивание государственных структур, ряда масс-медиа и олигархического режима в единое целое. Виновными в этом Усатый считает и западных партнеров нынешнего правления.

«Всё это работает в Молдове на одного человека. Таков финал европейской интеграции в стране, считавшейся поначалу «историей успеха». И это приговор всей европейско-американской политике в данном направлении. При поддержке ЕС и США в Молдове построена настоящая диктатура воров и бандитов», - написал он.

«Всё, что мы обсуждаем в этом разговоре с Анной Урсаки, лишь дополнительное тому свидетельство, подчеркнул Усатый. - Я говорю с адвокатом о защите политзаключенных, которым были сфабрикованы дела, о преследовании оппозиции, о том, что в Молдове спецслужбы прослушивают телефоны оппонентов Плахотнюка (а тогда ещё и Филата)».

Усатый считает, что этот инцидент способен лишь дискредитировать власти, которые опускаются до лжи и провокаций, пытаются влиять на прессу и ведут политику политических репрессий.

«Они хотели, чтобы люди лишний раз послушали, как «проевропейская» власть в Молдове преследует оппонентов? Как люди уже тогда, в 2014 году, боятся говорить по телефону и отказываются сотрудничать с оппозицией? Как меня пытаются не допустить к участию в местных выборах? Спасибо, но все и так это знают».