Украинский сценарий был опробован в Молдове

Разумеется, речь не идет о кровопролитии (и слава Богу), но в остальном есть множество элементов, которые наводят на мысль о том, что происходящее сейчас в соседней стране, ранее опробовали у нас.

Во-первых, в этом контексте стоит отметить кампанию гражданского неповиновения, которую коммунисты устроили несколько лет тому назад. В ее ходе многие органы местной власти, контролируемые представителями коммунистической оппозиции, приняли заявления о неповиновении центральным властям, которые они считали незаконными. В Украине часть органов местной администрации также приняла решения о неповиновении и непризнании новых киевских властей. Однако в отличие от Молдовы в соседней стране дело зашло еще дальше, и был принят, в том числе, ряд решений  сепаратистского характера.

Во-вторых, в этом контексте стоит напомнить о так называемой бархатной революции коммунистов, расколовшей молдавское общество на два явных лагеря, и неизвестно, чем бы закончилась эта «революция», если бы власти не мобилизовали сторонников евроинтеграционной идеи на состоявшуюся 3 ноября 2013 года акцию. Та акция продемонстрировала, что, по крайней мере, с организацией массовых событий находящиеся у власти партии  справляются лучше коммунистов. В Украине, опять же, дело зашло еще дальше,  вначале жертвами массовых беспорядков стали сторонники евроинтеграционной идеи, а затем – пророссийские демонстранты.

В-третьих, следует отметить и акции протеста, организованные коммунистами и Гражданским конгрессом в начале 2012 года. Тогда коммунисты и их сторонники, в том числе депутаты парламента, неоднократно врывались в госучреждения, срывая их нормальную работу. Несмотря на незначительные инциденты, в Молдове в отличие от Украины те, кто самовольно врывались в госучреждения, быстро ретировались, как будто бы проверяя  способность правоохранительных органов и властей реагировать в подобных случаях.

В-четвертых, можно упомянуть и о кампании, организованной коммунистической оппозицией с целью навязать новый государственный флаг. Аналогичная ситуация отмечалась и в Украине, где в определенный момент силы из регионов, находящихся под контролем сепаратистов, попытались навязать новую государственную символику.

В-пятых, не нужно упускать из виду ни референдум в Гагаузии, результаты которого призваны навести на мысль о том, что  регион оставляет за собой право самостоятельно  решать свою дальнейшую судьбу в случае утраты Молдовой своего суверенитета.  И в Крыму вскоре после Гагаузии был  организован референдум. И в Крыму большинство населения, как и в Гагаузии,  приняло  благоприятное для России решение. У нас же, слава Богу, по крайней мере, пока  дело не пошло дальше объявления результатов референдума, что, к сожалению, случилось в Крыму.

В-шестых, не следует  обходить вниманием ни положение Приднестровья, которое еще в 2006  году «опробовало» крымский сценарий и высказалось за признание своей независимости с дальнейшим присоединением к России. Активизация Тирасполя на этом треке, которая происходила за последнее время, и все чаще звучащие ссылки на тот референдум доказывают, что и здесь больше, чем совпадение.

В-седьмых, стоит отметить и ситуацию в Тараклии, где недавно был созван общереспубликанский собор молдавских болгар, которые уже стали требовать определенную степень культурной автономии и высказываться за вхождение  этого района в состав гагаузской автономии. И в Приднестровье два с лишним  десятилетия тому назад все начиналось с требования предоставить широкую культурную автономию и мы знаем,  до чего это дошло.  А если соотнести происходящее в  Тараклии с ситуацией некоторых регионов Украины,  можно заметить очень много схожего, ведь и там некоторые ведущие населенные пункты проявляют себя умереннее, требуют определенных дополнительных прав и в итоге складывается впечатление, что все это –  бомба замедленного действия.

В-восьмых, не нужно упускать из виду ни произошедшую ранее активизацию мун. Бельцы, который потребовал ряд дополнительных привилегий и другой статус. Тогда центральным властям пришлось пойти на определенные уступки, чтобы не допустить дальнейшего нагнетания напряженности. В свете последних событий в Украине не исключено, что происходившее тогда в Бельцах стало своего рода испытанием для центральных властей, а на его основе были сделаны определенные выводы как для Молдовы, так и для соседней страны.

Это лишь несколько примеров,  показывающие, что многие из  элементов, которые стояли у истоков событий в Украине, ранее можно было заметить и во внутренней политике Республике Молдова. Теперь вопрос в том, ограничатся ли режиссеры украинских событий только этими тестами, которые они раньше провели в Молдове, или  же они «импортируют» новые элементы из Украины и применят их здесь. Ведь не исключено,  что после того, как Молдова послужила своего рода полигоном для испытания определенных технологий для Украины, теперь все может случиться наоборот.

Думитру Спэтару