«Теперь многое в парламенте зависит от Додона»

4 ноября трое депутатов Партии коммунистов покинули парламентскую фракцию. Об этом в офисе фонда Soluţia объявил Игорь Додон, заявив, что вместе с ним фракцию покинули Зинаида Гречаная и Вероника Абрамчук. «Мы уходим из фракции Партии коммунистов», – заявил он, добавив, что преследует цель избрания аполитичного президента и переформатирования власти.

Мотивы Додона

Сомнения вызывает прежде всего время выхода – за две недели до президентских выборов. Додон в четверг передал партии документ о ее модернизации, а уже в пятницу вышел. Таким образом, он лишил ПКРМ блокирующего пакета и превратился в единственного «переговорщика», с коим альянсу следует торговаться для получения голосов. Трудно понять, почему Додон не дал партии время на обсуждение собственного плана модернизации или хотя бы не дождался провала процедуры избрания президента. Тогда его уход вызвал бы меньше вопросов, а запуск собственного проекта выглядел бы оправданным.

Безусловно, можно согласиться с Додоном, что в ПКРМ существуют консерваторы, что они используют нелояльные методы борьбы, что его в определенной мере саботировали на местных выборах, что партия сопротивляется модернизации и ребрендингу. За 10 лет результаты ПКРМ упали с 50 до 37%, с 800 000 до 500 000 голосов. Стиль управления в ПКРМ авторитарный, как и в большинстве молдавских партий. В списки попадают черт знает кто и как. Один Тофан чего стоил – выигрыша примэрии Кишинева. Партию покинули значимые фигуры: Лупу, Цуркан, Степанюк, Тарлев и другие. Правда, большинство из них были перебежчиками из АДПМ, социалистов и так далее. ПКРМ ратовала то за союз с Россией-Беларусью, то за евроинтеграцию, то теперь за Евразийский союз.

Все это так. И здесь у Додона есть своя частичка правды. Не каждый выдержит прессинг внутрипартийной борьбы и интриг. Но покажите хоть одну молдавскую партию, где процветает демократия, где прислушиваются к мнению рядовых членов. ЛДПМ находится у власти, и все равно потеряла Тэнасе, Годю, Нагачевского, Гелича, Виеру. А если находилась бы в оппозиции? АНМ распался в 2010-м, будучи у власти. У ХДНП и ДПМ была та же судьбу в 2006-2007 годах. А кто помнит, что стало с Альянсом Брагиша, в котором числилось 19 депутатов, а осталось 13? Как говорится, рожки да ножки.

Лично я поддерживаю ребрендинг ПКРМ, хотя это, безусловно, внутреннее дело партии. В Молдове легче быть социал-демократом и социалистом, чем коммунистом. Чисто психологически – меньше негатива со стороны остальных. Тем не менее если поменять символику и название, подчеркиваю – будучи в оппозиции, а не у власти, то нет никакой гарантии, что партия наберет на выборах больше, а не меньше. Кто подсчитал возможные модели голосования избирателей? И стоит ли менять название, дающее с ходу 40% голосов? То есть больше, чем у ЛДПМ и ЛП, вместе взятых! Но представим себе, что ПКРМ поменяет название. И кто даст руку на отсечение, что и партии альянса, и Запад в том числе захотят иметь дело с «русской пятой колонной», с «неокоммунистами, предавшими идеалы Ильича»? Ведь смысл отношения к ПКРМ кроется не столько в ее названии, сколько в ее декларируемой пророссийскости…

Кто-то скажет, что ПКРМ заслужила свою участь. Может быть. Чему быть, того не миновать. Но все равно чисто по-человечески Воронина жалко. Его подвергают жесткой ломке – то людей «вытягивают», то дела заводят, то заявляют, что он умер, как эта сделала близкая к «кукловоду» газета «Тимпул». В пятницу лидер ПКРМ, не выдержав давления, покинул зал заседаний парламента. Был краток: мол, неправильно все это. Недостойно.

Являются ли невозможность модернизации ПКРМ и искреннее желание Додона спасти страну истинными мотивами ухода, покажет ближайшее время.
Игра ва-банк

За Додоном могут уйти много членов партии. Куда больше, чем за Цурканом или Лупу. Поэтому и градус противостояния Додона с ПКРМ будет куда выше. Это факт. У него есть ресурсы, лидерские качества, организаторская хватка, поддержка в территориях. ПКРМ, вероятно, будет в течение нескольких н