11 Сентября 2006, 15:41
342
Ссылка скопирована
Современное российское общество – роль различных социальных слоев в развитии внутриполитических процессов
МОСКВА, 11 сентября / ПОЛИТИЧЕСКИЙ ОБОЗРЕВАТЕЛЬ РИА НОВОСТИ Андрей Колесников /. Степень вовлеченности в политические процессы различных слоев российского общества не слишком высока. Этот и хорошо, и плохо одновременно. Хорошо, потому что такое положение сигнализирует об улучшающемся социальном и экономическом положении российского среднего класса и о готовности им воспринимать политику как нечто второстепенное. Плохо, потому что когда в политику не вовлекаются самые адаптированные, ...
МОСКВА, 11 сентября / ПОЛИТИЧЕСКИЙ ОБОЗРЕВАТЕЛЬ РИА НОВОСТИ Андрей Колесников /. Степень вовлеченности в политические процессы различных слоев российского общества не слишком высока. Этот и хорошо, и плохо одновременно. Хорошо, потому что такое положение сигнализирует об улучшающемся социальном и экономическом положении российского среднего класса и о готовности им воспринимать политику как нечто второстепенное. Плохо, потому что когда в политику не вовлекаются самые адаптированные, образованные и активные, на участки для голосования приходят маргиналы и голосуют за маргиналов, то есть не представляющие мнения большинства политические силы.
Ряд слоев населения, не будучи способными представить свои интересы с помощью традиционных институтов парламентской демократии, выходят на улицу. Митинговая стихия становится заменителем не слишком эффективно используемых институтов и процедур представительной демократии.
Иногда подобного рода уличная активность или бессмысленна, или является следствием политического манипулирования массовыми акциями. А иногда она действительно приносит безукоризненно позитивный результат. Так было, например, в ситуации, когда президент пошел навстречу общественному мнению, которое было настроено категорически против строительства нефтепровода в непосредственной близости от озера Байкал.
Правда, о реальном влиянии «улицы» можно говорить только в тех случаях, если разрешаемая проблема является полностью деполитизированной. Политические требования с помощью такого рода активности удовлетворить невозможно. Прецедентов в последние годы, во всяком случае, не было.
Выборы, будучи еще и своего рода социологическим исследованием настроений населения, постепенно становятся в этом смысле все менее репрезентативными. Особую электоральную активность проявляют люди старших возрастов и пенсионеры, как правило, голосующие или за коммунистов (в том случае, если они протестно настроены), или за партию власти (если они настроены конформистски). Адаптированные, образованные, хорошо зарабатывающие россияне самых активных возрастов, как правило, не слишком активны в периоды выборов. Многие из них раньше голосовали за партии либеральной и демократической ориентации. Часть подобного рода избирателей вовлекались в политику благодаря присутствию в избирательных бюллетенях графы «против всех», что позволяло выпустить протестный «пар».
Другая и основная часть адаптированных избирателей или настроена конформистски (ее устраивает нынешнее состояние дел в стране, равно как личные доходы и уровень текущего потребления) и потому голосует за представителей власти и ее партии, или не ходит голосовать вовсе.
Большинство устраивает универсальная политическая философия власти, определить идеологические границы которой весьма непросто, потому что она складывается в разных пропорциях из либерализма и умеренного национализма. Но вот главная опасность для такой почти всех устраивающей, но специальным образом не сформулированной идеологии – агрессивный национализм. Он прорастает иной раз из чисто протестных настроений без особой идеологической окраски. А иногда формируется как реакция российского населения на трудовую – легальную и нелегальную - миграцию жителей сопредельных с Россией стран, в основном республик бывшего Союза ССР. Русский национализм постепенно превращается из весьма маргинальной политической силы в серьезный политический вызов нынешней власти. Потому что он становится привлекателен уже в электоральном смысле.
Преувеличивать эту опасность не стоит, но и преуменьшать ее было бы огромной ошибкой, потому что речь идет о тенденции, причем, судя по всему, долгосрочной. При этом в электорат националистов разной степени агрессивности рекрутируются не только те слои, которые раньше голосовали за коммунистов или маргинальные партии, но и представители адаптированного среднего класса, который еще недавно колебался в своих политических предпочтениях между либералами и действующей властью.
В наименьшей степени в политику
Ряд слоев населения, не будучи способными представить свои интересы с помощью традиционных институтов парламентской демократии, выходят на улицу. Митинговая стихия становится заменителем не слишком эффективно используемых институтов и процедур представительной демократии.
Иногда подобного рода уличная активность или бессмысленна, или является следствием политического манипулирования массовыми акциями. А иногда она действительно приносит безукоризненно позитивный результат. Так было, например, в ситуации, когда президент пошел навстречу общественному мнению, которое было настроено категорически против строительства нефтепровода в непосредственной близости от озера Байкал.
Правда, о реальном влиянии «улицы» можно говорить только в тех случаях, если разрешаемая проблема является полностью деполитизированной. Политические требования с помощью такого рода активности удовлетворить невозможно. Прецедентов в последние годы, во всяком случае, не было.
Выборы, будучи еще и своего рода социологическим исследованием настроений населения, постепенно становятся в этом смысле все менее репрезентативными. Особую электоральную активность проявляют люди старших возрастов и пенсионеры, как правило, голосующие или за коммунистов (в том случае, если они протестно настроены), или за партию власти (если они настроены конформистски). Адаптированные, образованные, хорошо зарабатывающие россияне самых активных возрастов, как правило, не слишком активны в периоды выборов. Многие из них раньше голосовали за партии либеральной и демократической ориентации. Часть подобного рода избирателей вовлекались в политику благодаря присутствию в избирательных бюллетенях графы «против всех», что позволяло выпустить протестный «пар».
Другая и основная часть адаптированных избирателей или настроена конформистски (ее устраивает нынешнее состояние дел в стране, равно как личные доходы и уровень текущего потребления) и потому голосует за представителей власти и ее партии, или не ходит голосовать вовсе.
Большинство устраивает универсальная политическая философия власти, определить идеологические границы которой весьма непросто, потому что она складывается в разных пропорциях из либерализма и умеренного национализма. Но вот главная опасность для такой почти всех устраивающей, но специальным образом не сформулированной идеологии – агрессивный национализм. Он прорастает иной раз из чисто протестных настроений без особой идеологической окраски. А иногда формируется как реакция российского населения на трудовую – легальную и нелегальную - миграцию жителей сопредельных с Россией стран, в основном республик бывшего Союза ССР. Русский национализм постепенно превращается из весьма маргинальной политической силы в серьезный политический вызов нынешней власти. Потому что он становится привлекателен уже в электоральном смысле.
Преувеличивать эту опасность не стоит, но и преуменьшать ее было бы огромной ошибкой, потому что речь идет о тенденции, причем, судя по всему, долгосрочной. При этом в электорат националистов разной степени агрессивности рекрутируются не только те слои, которые раньше голосовали за коммунистов или маргинальные партии, но и представители адаптированного среднего класса, который еще недавно колебался в своих политических предпочтениях между либералами и действующей властью.
В наименьшей степени в политику


