Самый трудный день премьера

Впервые за два года потерпевшие в результате событий 7 апреля 2009 года встретились лицом к лицу с представителями власти. Встреча состоялась по инициативе премьер-министра Владимира Филата. Молодые люди, принимавшие участие в протестах, и полицейские, которыми «прикрыли» тогда административные здания, задали премьеру, генеральному прокурору, министрам внутренних дел, юстиции и здравоохранения вопросы, волновавшие их эти два года. В ответ им пообещали… организовать очередную комиссию.

«Господин прокурор, как вы прокомментируете тот факт, что после всех разговоров о пытках ваши подчиненные сегодня заявляют в суде, что никакого жестокого обращения не было?» - с таким вопросом обратился к Валерию Зубко студент юридического факультета и участник событий 7 апреля Николай Баротарь.

Он убежден: представители прокуратуры до сих пор преднамеренно или из-за некомпетентности ошибочно интерпретируют закон и боятся называть вещи своими именами. «Представители МВД говорят сегодня в суде, что 7 апреля задержанным в КПЗ было предоставлено пространство в 3 кв. метра и трехразовое питание с первым и вторым блюдом… Был случай, когда сам судья не выдержал и спросил этих людей, как они могут такое говорить», - рассказал Николай Баротарь.

«Представители МВД и Минюста в суде до сих пор настаивают на том, что молодые люди вовсе не были незаконно задержаны и с ними никто жестоко не обращался», - добавил студент.

Потерпевшие осведомили министров о том, что из-за засилья бюрократии многие уголовные дела, закрытые в регионах, все еще считаются открытыми Кишиневом. Из-за этого люди не могут покинуть страну или получить паспорт. «Создается впечатление, что выявлению истины намеренно ставятся препятствия», - заявила с трибуны одна из потерпевших.

Молодые люди обрушивали на премьера и его подчиненных вопрос за вопросом. Почему никто так и не позвал давать показания, хотя люди сами обращалась в прокуратуру с заявлениями, что могут выступать как свидетели? Почему жертвы побоев полиции вынуждены доказывать в суде, что полицейские превысили таким образом свои служебные полномочия? Почему за защитой от произвола полиции жертвы вынуждены обращаться в ту же структуру?

Представители силовых ведомств и министры держали оборону. Министр внутренних дел Алексей Ройбу прикрылся рапортом о реформах и изменениях, которые вот-вот ожидаются в МВД. Он рассказал, что за эти два года прошло много тренингов, на которых сотрудникам министерства и прокуратуры разъяснялось, что пытки – это «не наш метод».

Генпрокурор Зубко сослался на конфиденциальность, с которой, по его словам, связаны дела о 7 апреля. Но все же рассказал: прокуратура рассмотрела большинство «прозвучавших версий» о причинах тех событий. Выяснили, в частности, что к погромам молодежь не подстрекали ни румыны, ни сербы, ни русские. «Сейчас прорабатываются версии о вмешательстве Украины и Приднестровья», - отметил Зубко.

Министр здравоохранения Андрей Усатый напомнил, что в результате событий 7-8 апреля 2009 года погибли четыре человека, среди которых – Валерий Бобок. Усатый подтвердил, что они были избиты до смерти «силами, которые были задействованы в тех событиях».

Министр опроверг информацию о том, что большинство задержанных были в состоянии сильного алкогольного опьянения. По его словам, только у троих было обнаружено небольшое содержание алкоголя в крови.

Но тут один из жертв 7 апреля по фамилии Мэтэсару обвинил Владимира Филата в том, что он устраивает политический пиар на теме 7 апреля и использует пострадавшую молодежь в своих целях.

Филат посоветовал Мэтэсару не брать на себя роль «однобокого судьи». «Меня будут судить люди, когда придет время», - отметил он.

«Я много могу рассказать о 7 апреля. Я видел и тех, кто вышел в тот день на протест с чистыми намерениями, и тех, у кого была другая цель», - заявил премьер. Добавив, что два года назад он знал, что «это будет самый трудный день в его жизни». По его словам, каждое 7 апреля остается для него таким днем.