Румынский режиссер: коммунизм можно снимать по-разному

Однажды в мае уходящего года толпа потрясенных кинокритиков выбежала из мрака кинозала Каннского театра "Люмьер", устремилась к компьютерам и объявила миру, что в европейском кино зажглась суперзвезда по имени Кристьян Мунжу.
Место действия фильма Мунжу "4 месяца, 3 недели и 2 дня" - заштатный румынский городок, время - середина 80-х, когда в коммунистической Румынии были запрещены аборты.
Юная Гэбицэ беременна, ее соседка по институтскому общежитию, Отилия, помогает подруге решить проблему. Вот, собственно, и вся история, рассказанная Кристьяном Мунжу скупым языком "синема верите". Рассказанная так, что целых 113 минут фильма зрители не могут перевести дух и покидают кинотеатр с ощущением, что два часа провели в условиях развитого социализма.
"Выраженный в фильме бескомпромиссный пессимистический взгляд на мир дает зрителям так мало надежды, что даже худшие ожидания, которые могут материализоваться за каждым углом, становятся своего рода облегчением по сравнению с несправедливостями и унижениями реальной жизни", - написал тогда Дэн Фейнару, обозреватель еженедельника Screen International.
После присуждения Мунжу Золотой пальмовой ветви в Канне картина отправилась в турне по миру, собирая призы многочисленных международных фестивалей.
В начале декабря Европейская киноакадемия назвала "4 месяца, 3 недели и 2 дня" лучшим фильмом года, а Кристьяна Мунжу - лучшим режиссером года.
Фильм также номинирован на престижную голливудскую награду "Золотой глобус" и выдвинут от Румынии на "Оскара". Даже на пике "золотой лихорадки" 40-летний Кристьян Мунжу сохраняет философское спокойствие и утверждает, что его награды "помогут избавиться от комплексов" целому поколению румынских режиссеров.

Мария Бейкер: В вашей картине атмосфера коммунистических 80-х воссоздана с шокирующей аутентичностью. Вы опирались только на собственные воспоминания и "генетический опыт" поколения или все-таки пришлось обратиться за помощью к консультантам?

"Мне не кажется, что актеру, играющему персонаж, так уж необходимо знать все об эпохе, в которой жил его герой. Я всегда прошу своих актеров как можно меньше рассуждать, осуждать и "интерпретировать" ситуацию"
Кристьян Мунжу

Кристьян Мунжу: К моменту краха социализма мне был 21 год, поэтому я, конечно же, помню очень многое. К тому же я рассказываю очень личную историю - историю, которую 15 лет назад поведал очень близкий мне человек. Я решил придерживаться именно этой истории и показать эпоху такой, какой я ее помню.
Конечно, я проверял некоторые факты, чтобы соблюсти точность в деталях, а еще я приглашал людей - я не называл бы их "консультантами" - просто людей для разговора с актерами. Я хотел, чтобы актеры поняли образ мыслей людей того времени и услышали эти истории из первых уст.
К нам на площадку приходила женщина, сделавшая в те времена 20 абортов. А еще приходил медработник, который специализировался на подпольных абортах. Мне важно было, чтобы он поговорил с моим актером, Владом Ивановым, сыгравшим роль господина Бебе. Но, в конечном счете, аутентичной картина получилась именно потому, что я опирался на собственную память и личный опыт.
М.Б.: В отличие от вас ваши молодые актрисы не могут похвастаться большим опытом жизни при социализме. Между тем, обе они - и Анамария Маринка, и Лаура Василиу - великолепно вжились в образы юных "хомо советикус". Как вы работали с актерами?
Кристьян Мунжу: Знаете, мне не кажется, что актеру, играющему персонаж, так уж необходимо знать все об эпохе, в которой жил его герой. Я всегда прошу своих актеров как можно меньше рассуждать, осуждать и "интерпретировать" ситуацию. Все, что от них требуется - это войти в положение их героев.
Обеим девушкам сейчас по 29 лет, а когда коммунизм в Румынии рухнул, им было 11. В начале работы я поговорил с каждой из них по душам, и они обе признались, что сегодня вряд ли сделали бы что-либо подобное даже для очень близкой подруги. И именно поэтому я с самого начала просил их - пожалуйста, не осуж