Россия начинает наступление. Как отреагирует Молдова?

По крайней мере, такое впечатление  складывается по последним событиям, а именно по визитам в Кишинев российского вице-премьера Дмитрия Рогозина и Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, заявлениям  главы Роспотребнадзора Геннадия Онищенко, депутата Госдумы Романа Худякова, а также представителей тираспольского режима. Таким образом, Россия конкретными действиями доказывает, что не намерена оставаться пассивным наблюдателем и лицезреть, как ЕС расширяет свое присутствие в сферах влияния, которые традиционно считаются принадлежащими Кремлю, и в этом случае имеется в виду не только Республика Молдова, но и Украина, Армения, Грузия.

По сути, Россия не изобрела ничего нового,  а ее инструменты давления остались прежними  – проблема обеспечения Республики Молдова природным газом, проблема молдавских трудовых мигрантов в Российской Федерации, проблема экспорта молдавской винодельческой продукции на российский рынок и приднестровская проблема.  Единственное, что изменилось – кое-кто из  заинтересованных действующих лиц  и интенсивность, с которой продвигается  соответствующий дискурс. 

В канун своего визита в Кишинев Дмитрий Рогозин дал интервью, в котором четко сказал, что решение Республики Молдова стать ассоциированным членом Европейского союза приведет к пересмотру соглашений с Россией и усложнит процесс приднестровского урегулирования. По прибытии в Кишинев  Рогозин продолжил  череду предупреждений. На  этот раз он отметил проблему обеспечения Республики Молдова природным газом. Смотрите, не замерзните этой зимой и не потеряйте  вагоны  в своих европейских  «крутых» заходах, предупредил он граждан Республики Молдова.  Не смог Дмитрий Рогозин обойти вниманием и другую больную тему для Республики Молдова – проблему трудовых мигрантов в Российской Федерации. «Республика Молдова не  должна  забывать о тысячах молдавских эмигрантах в России, когда она  делает важные движения в сторону Европейского союза», – заявил Дмитрий Рогозин. 

Прибыв в Тирасполь, он продолжил свои колкие замечания в адрес официального Кишинева и заявил, что  Республика Молдова будет находиться в «европейском предбаннике и подносить тапочки тем, кто в сауне», а вернувшись в молдавскую столицу, Рогозин принял участие в круглом столом, в ходе которого оскорбил значительную часть граждан. Приветствуя участников круглого стола, он назвал их «думающей частью молдавского  народа» и, таким образом, дал понять, что не считает способными думать тех, кто не разделяет пророссийские взгляды. Не позабыл Дмитрий Рогозин отметить и важность визита Патриарха Кирилла в Республику Молдова, от которого, по его словам, «будет зависеть развитие отношений между двумя странами».

Практически параллельно с этими заявлениями депутат Государственной думы РФ Роман Худяков выступил в Москве с инициативой о том, чтобы российские банки усилили свое присутствие в приднестровском регионе, а российский рубль стал официальной валютой сепаратистского региона. В свою очередь, главный санитарный врач РФ Геннадий Онищенко вновь затронул проблему качества молдавских вин и ясно дал понять, что может последовать очередное эмбарго со стороны Москвы. Кстати, все  эти заявления и инициативы прозвучали всего через пару дней после того, как тираспольский лидер Евгений Шевчук подверг жесткой критике намерение Кишинева парафировать Соглашение об ассоциации с Европейским союзом и в этой связи уточнил (совсем не случайно), что через полтора года Приднестровье могут признать на международной арене.

Все вышеперечисленное четко доказывает: если Дмитрий Рогозин заявляет, что Россия не станет участвовать с ЕС в состязании, в котором главный приз – Республика Молдова, то в действительности Кремль сделает все возможное, чтобы  ставить Молдове палки в колеса в канун Вильнюсского саммита Восточного партнерства, где предстоит парафировать Соглашение об ассоциации РМ―ЕС. Сегодня все больше экспертов полагают, что все действия России по отношению к Республике Молдова, предпринятые за последние дни, ―  это только начало, и что за ними последуют гораздо более жесткие шаги. В этом смысле отмечается возможное нагнетание  обстановки на юге страны (в Гагаузской автономии), а также вероятное усиление  напряженности  внутриполитической ситуации на уровне всей страны. 

По мнению ряда экспертов, и объявленная коммунистами бархатная революция, и ряд  акций, на которые намекают социалисты,  социал-демократы и другие пророссийские силы, тоже вписываются в «молдавский сценарий» России, составленный на нынешнюю осень. Так это или нет, время покажет. В настоящее время ясно, что Республика Молдова находится на пороховой бочке, которая в любой момент (и не без «помощи» России) может взорваться.

В сложившейся ситуации молчание официального Кишинева, по меньшей  мере,  подозрительно. Не исключено, что все уполномоченные лица и ведомства внимательно следят за соответствующими действиями и готовят реакции на каждый из возможных сценариев. Вместе с тем не исключено и то, что исходящая с Востока угроза недооценивается. Из того, что находится на виду, пока можно сделать лишь один вывод:  Кишинев предельно осмотрительно относится к действиям Москвы и избегает каких-либо шагов, которые могут  сказаться на дальнейшем развитии ситуации. 

Этим объясняется и сдержанная реакция вице-премьера, сопредседателя молдавско-российской межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству Валериу Лазэра, который не стал должным образом парировать  достаточно жесткие заявления Дмитрия Рогозина на их совместном брифинге.  Возможно,  этим объясняется и отсутствие реакции официального Кишинева на все заявления Дмитрия Рогозина, Романа Худякова, Геннадия Онищенко, Евгения Шевчука и пр.  Однако это молчание не может  продолжаться бесконечно, поскольку оно косвенным образом поощряет действия, предпринимаемые Россией для дестабилизации внутриполитической ситуации в Республике Молдова.

С другой точки зрения, ясно, что в настоящее время Республика Молдова не способна в одиночку выдержать наступление  со стороны России. У Москвы в Республике Молдова есть слишком много рычагов для влияния – от  экономических рычагов и  рычагов, используемых в вопросах приднестровского урегулирования, до  возможности влиять на внутриполитическую ситуацию через русскоговорящих в Молдове, а также через молдавских трудовых мигрантов в Российской Федерации.  

Исходя из этого вывода, разумеется, у официального Кишинева есть только два возможных пути, и было бы желательно, чтобы он использовал оба: как можно более активный и насыщенный диалог с Российской Федерацией, чтобы в его ходе максимально правильно расставить все акценты по существующим проблемам; привлечение западных сановников в качестве посредников в молдавско-российских отношениях, с тем чтобы, по крайней мере, в ближайшие месяцы  тема Республики Молдова постоянно находилась в повестке дня дискуссий важных западных канцелярий с Кремлем. 

Только таким образом Республика Молдова  может подстраховаться от того, чтобы внутриполитическая ситуация не направилась  в нежелательное русло, и предотвратить ее развитие по опасным сценариям. Однако для этого Кишиневу следует действовать, а не ждать. Чтобы дискуссии с Россией шли в другом направлении и чтобы Запад включился в качестве посредника в молдавско-российские отношения, первый шаг  следует сделать Кишиневу. Ни Россия, ни Евросоюз этот шаг не сделают (а это и не  было бы логично) вместо официального Кишинева. Посмотрим, поймут ли это те, кто сегодня руководит Республикой Молдова, и как они будут действовать.

Думитру Спэтару