"Разве можно назвать Молдову демократическим государством?"

Лариса ВЕВЕРИЦА
Исполнился год с того момента, как Владимир Воронин вновь был переизбран на пост главы государства. Это стало возможным благодаря парламентской оппозиции, которая приняла участие в голосовании 4 апреля 2005 года. Но однозначной оценки этому событию нет. Одни политики считают, что альтернативы сотрудничеству не было и политическое партнерство власти и оппозиции позволило избеждать хаоса в стране. Другие - раскаиваются в содеянном. Наш собеседник - лидер Социал-либеральной партии Молдовы, руководитель парламентской фракции политформирования Олег СЕРЕБРЯН. Приводим его точку зрения на произошедшее.

- Господин Серебрян, вы заявили, что демократия в Молдове находится в опасности из-за политического сговора, который позволил год назад переизбрать Владимира Воронина на должность президента страны, и сожалеете о том, что СЛП способствовала этому. Поясните, что вы имеете в виду?

- Будь у меня опыт последнего года, я не участвовал бы в выборах 4 апреля. Глава государства не оправдал наших надежд. Он не выполнил ни одного пункта из взятых на себя перед голосованием обязательств.

Первое время мы еще надеялись на изменения к лучшему. Но уже к лету стало ясно, что коммунисты не намерены выполнять оговоренные нами пункты. Так, реформа публичной администрации, включая расширение полномочий местных автономий, контроль над прокуратурой, преобразование телерадиовещания в общественную компанию и другие законы на серьезном уровне даже не рассматривались. Обещания, касающиеся разгосударствления газет «Moldova Suveran=» и «Независимая Молдова», а также реформирования СИБ, были выполнены частично.

- Может, до них просто не дошла очередь?

- Дело не в этом. У нас сегодня очень много законов принимается на бумаге, а на деле они не исполняются. Так, например, не может быть и речи о независимости молдавской юстиции. Возьмите любой соцопрос. Кому люди не доверяют вообще? Полиции и судам. Страшно, когда все решает телефонный звонок. Это означает одно - наше государство не просто коррумпированное, оно - криминализированное, причем не только какая-то часть общества, но и его высшее руководство, включая местную власть. Сегодня наши люди могут надеяться только на справедливость Европейского суда по правам человека.

- Но ведь европейские эксперты не считают, что у нас все так плохо...

- Вот именно, и меня это удручает больше всего. Партия коммунистов сумела представить свои «достижения» таким образом, что в некоторых западных столицах считают: реформы в Молдове проходят безукоризненно. Они словно не замечают, что здесь творится. В этом виновата и оппозиция. Мы слишком зациклились на наших внутренних проблемах и предоставили коммунистам полную свободу действий на «западном фронте». Многие западные эмиссары приезжают к нам на три дня, из которых один проводят в Криковских подвалах вместе с представителями власти. Там они проходят классическую советскую «политобработку». А потом, вернувшись на родину, говорят, что у нас все не так уж и плохо.

На днях я вернулся из Парижа. Так вот, во Франции я тоже встретил политиков (к счастью, их немного), которые считают, что ПКРМ хоть и медленно, но движется в верном направлении. По их мнению, у нас нет ни диктатуры, ни тоталитаризма. Но разве можно назвать Молдову настоящим демократическим государством? Некоторые наши западные друзья не хотят замечать, что в Молдове, как и в Грузии, все совсем не так, как им это преподносится правящими кругами. Скорее всего, они придерживаются принципа - кровь не льется, не стреляют, заявили, что интегрируются в Европу, вот и пусть потихоньку варятся в своем котле...

- Как нам выйти из приднестровского кризиса?

- Я думаю, что приднестровского вопроса как такового нет - есть проблема Республики Молдова в целом. У нас под вопросом - само существование Республики Молдова. Мы озабочены проблемой присоединения к Молдове 700 тысяч жителей Левобережья и не хотим понять, что миллион наших граждан уехали за рубеж в поисках куска хлеба и еще стол