Приднестровье как русская национальная идея

"Приднестровский вопрос" в течение последних нескольких лет в русской политической печати вышел с периферийных на самые передовые позиции, оттеснив многие другие незаживающие раны национального самосознания.

Абсолютное большинство граждан РФ не просто разделяет обеспокоенность за судьбу приднестровцев, но и готово оказывать любой посильный вклад в дело решения приднестровской проблемы. Как бывало не раз, настроения людей опередили действия тех или иных российских политиков. К решительным действиям и заявлениям власть подтолкнуло общественное мнение россиян.

На сегодняшний день уровень соприкосновения регионов - "материковой" России и ПМР -оказался не просто высок. Приднестровцы и россияне живут в единой системе координат. Здесь важнейшим коммуникативным фактором является языковая среда. Языком межнационального общения, как и во времена СССР, на территории ПМР является русский. Важнейшие телевизионные каналы, безусловно, российские. Самые читаемые в регионе газеты выходят на русском языке, и альтернативы подобному течению событий нет и быть не может. Безусловно, немаловажным фактором принадлежности региона в широком смысле "русскому пространству" сказалось и сохранение в Приднестровье молдавского языка на основе кириллической графики.

Благодаря в том числе и смене алфавита, что бы сегодня ни утверждали бессарабские политики относительно нынешней слабости "унионистов", т.е. политических движений, ориентированных на вхождение РМ в состав Румынии, формальных препятствий для возвращения бессарабских земель румынской "матери-родине" становится с каждым годом все меньше и меньше. Население Бесcарабии, конечно же, мечтает о ликвидации Молдовы, чья государственность и коллизии политической сцены день ото дня все больше напоминают театр абсурда.

Помимо миллиона трудоустроенных в Европе молдаван, ожидающих малейшего повода для получения паспортов ЕС, "невыездные" благодаря инициативам президента Воронина, фактически превратившего Бессарабию в концлагерь, мечтают о документах, которые позволят беспрепятственно выехать из беднейшей европейской провинции в глубь Европы и затеряться где-нибудь на португальско-испанских стройках. Как известно, паспорт ЕС увеличивает зарплату нынешнего молдавского нелегала в Европе как минимум вдвое, до уровня его польско-литовских коллег, а в ближайшей перспективе принесет возможность осваивать новые рынки труда Великобритании и Скандинавии и с вовсе астрономическими для "бессарабских румын" возможностями.

В нынешних же условиях, когда Бессарабия вместо столь желаемой интеграции получила объективную фигу от руководства ЕС и брезгливое "фи" от своих старших братьев-румын, значительными темпами опережающих воронинское феодальное княжество, вопреки длительному отсутствию интереса к региону со стороны российской элиты, козыри один за другим падают в руки Кремлю. Причем даже тогда, когда политическая элита России к столь неожиданным подаркам судьбы решительно не готовилась.

России на очередном историческом витке, очевидно, не достает "внешней угрозы" в качестве фактора, объединяющего нацию. Как и народу любой империи, россиянам не хватает причастности к решению некой далекой проблемы, способной поднять патриотический дух внутри самой страны. В России сегодня наступило время обретения новых символов, ей как воздух необходимы новые Иван Сусанин, Александр Матросов, нужны новые крылья новых побед. Пришло время произносить абсолютно новые для себя словосочетания, одно из которых звучит так - "национальные интересы".

В новых символах и национальных интересах, очевидно, нуждается правящий класс, но народ, как ни странно, нуждается в том и другом, пожалуй, в гораздо большей степени, надеясь, что вслед за обретением национального самосознания пробудится самосознание элит и элиты вспомнят наконец о других, не менее важных государственных проблемах. Не будем вдаваться в подробности относительно вполне определенных причин тотальной смены настроений значительного числа россиян с "посткоммунистически