ПРИДНЕСТРОВЬЕ КАК ПУЛЯ ДЛЯ СНГ

Длившийся почти неделю последний визит Игоря Смирнова в Москву явно выделяется из числа прежних поездок приднестровского лидера в Россию. Характерно, что эта поездка совпала по времени с приездом в российскую столицу абхазского «коллеги» Смирнова, Сергея Багапша. По сообщениям российских СМИ, обоим руководителям сепаратистских регионов на этот раз в Мосвке оказывался подчеркнуто дружественный прием.

О важности этого визита И. Смирнова в Москву свидетельствует тот факт, что он проигнорировал мероприятия по случаю Дня Победы в Тирасполе, чего раньше старался не делать, пользуясь трибуной 9 мая для обычной критики в адрес Молдовы и разъяснения основ проводимой им политики. Теперь же Смирнов прибыл в Москву, как только появились сведения, будто Украина и Грузия начали консультации о выходе из СНГ. С И. Смирновым и С. Багапшем велись переговоры о том, что если две упомянутые страны, а с ними и Молдова, покинут Содружество, опустевшие кресла займут непризнанные Приднестровье и Абхазия.

Вряд ли И. Смирнов и С. Багапш играют в этой комбинации какую-либо самостоятельную роль. Конечно, легализоваться в масштабах СНГ для Тирасполя и Сухуми было бы огромной дипломатической удачей. Но оба эти лидера понимают, что даже такие лояльные (на данный момент) Москве президенты, как Нурсултан Назарбаев и Ислам Каримов ни за что не захотят уравнять свой статус глав стран-членов ООН и иных международных организаций с членами так называемого «СНГ-2», как иногда называют Приднестровье, Южную Осетию, Абхазию и Нагорный Карабах. Нет даже уверенности в поддержке этой идеи со стороны президента Белоруссии Александра Лукашенко.

Скорее всего, игра с И. Смирновым и С. Багапшем является средством оказания давления на Киев, Тбилиси и Кишинев. Но смысл ее частично теряется, так как Украина, Грузия и Молдова не ввязываются в полемику с Москвой, а просто заявляют, что пока не «рассматривают вопрос о выходе из СНГ», однако и связи с Европой намерены углублять. Но как раз такой вариант и не устраивает российских политиков, желающих полного политического доминирования на просторах бывшего Содружества. Поэтому, возможно, под всем этим кроется двойное дно: подтолкнуть страны СНГ, стремящиеся установить равноправные отношения с Москвой, к «бракоразводному процессу». Ну а если их места и впрямь займут непризнанные республики, тогда и все остальные задумаются: а стоит ли и дальше сохранять неработоспособное и полумертвое псевдообразование?

На первый взгляд уничтожение СНГ с помощью непризнанных государств развязало бы руки российской внешней политике. Но в том-то и дело, что у Москвы по-прежнему нет четкой концепции в отношении республик бывшего СССР. Послание президента России В. Путина Федеральному Собранию РФ в части, касающейся СНГ, вообще не содержало ничего конкретного. Осталось даже неясным, видит ли Кремль в принципе хоть какие-то перспективы Содружества.

Безусловно, лидеров Приднестровья и Абхазии просто используют в сиюминутной политической игре, и они это понимают. Основной вопрос заключается в том, понимает ли руководство России, что разрушение СНГ, даже если оно неизбежно, отнюдь не укрепит позиции Москвы на постсоветском пространстве, а лишь ускорит ероинтеграционное движение Украины, Молдовы и Грузии.