9 Октября 2009, 13:44
365
Ссылка скопирована
Премьер Влад Филат: "Нам нужно очень многое сказать российским партнерам"
Сегодня в рамках саммита СНГ президент РФ Дмитрий Медведев впервые посетит Молдову. Накануне его приезда новый премьер страны Влад ФИЛАТ побеседовал с корреспондентом “Ъ” Владимиром СОЛОВЬЕВЫМ. — Свой первый визит на посту премьера вы совершили в Брюссель, и это сразу стали трактовать как заявку на полную ориентацию Молдавии на Запад. Это так? — В Брюссель меня пригласили, и я воспользовался этой возможностью, чтобы рассказать Европе о том, кто мы такие. К сожалению, о том, чтобы поехать в ...
Сегодня в рамках саммита СНГ президент РФ Дмитрий Медведев впервые посетит Молдову. Накануне его приезда новый премьер страны Влад ФИЛАТ побеседовал с корреспондентом “Ъ” Владимиром СОЛОВЬЕВЫМ.
— Свой первый визит на посту премьера вы совершили в Брюссель, и это сразу стали трактовать как заявку на полную ориентацию Молдавии на Запад. Это так?
— В Брюссель меня пригласили, и я воспользовался этой возможностью, чтобы рассказать Европе о том, кто мы такие. К сожалению, о том, чтобы поехать в другую сторону, в Москву, не было даже разговоров. Я не хочу, чтобы это выглядело так, будто я обижен, но, когда здесь глава администрации президента России Сергей Нарышкин, я с ним общался. Более того, было желание встретиться с президентом РФ Дмитрием Медведевым, но, видимо, у российского президента сейчас иные приоритеты. Надеюсь, что, когда российская сторона сочтет нужным, мы все-таки встретимся. Нам многое нужно сказать российским партнерам и многие проблемы решить.
— В Брюсселе вы подняли тему евроатлантической интеграции Молдовы, говорили, что страна может вступить в НАТО. Зачем вам это?
— Я не могу говорить и решать за молдавский народ. Я тогда это сказал и сейчас повторяю. Эта проблема, если она есть, должна решаться молдавским народом.
— А НАТО — это проблема?
— Все это преподносят как проблему. Я при каждой встрече объясняю, особенно россиянам, что мы не вступаем в НАТО и даже если бы захотели, то не смогли бы вступить. Есть очень жесткая норма конституции, которую, если разобраться, невозможно изменить. Но коль уж эта проблема кем-то ставится, то я говорю: на этот вопрос могут дать ответ только граждане Республики Молдова. Без этого никуда идти нельзя. Но вообще здесь очень много спекуляций.
— Так давайте поставим точку в этом вопросе.
— Я и хочу это сделать. Но меня как будто не слышат! Республика Молдова является нейтральной страной. Это определено нормой конституции. Мы законопослушные граждане и будем управлять страной, исходя из норм конституции. Мы за то, чтобы у нас были нормальные отношения с НАТО, хотя бы близкие к тому уровню, который есть у России с альянсом.
— А как вам кажется, Молдове в принципе нужно вступать в НАТО или эта тема вообще неактуальна?
— На сегодняшний момент эта тема не является актуальной. И мы даже не собираемся на эту тему говорить с альянсом. Нужно нам это или не нужно? Нет, не нужно. На сегодняшний день это не решит никаких проблем.
— А надо Молдове вообще стремиться в НАТО?
— Мы стремимся в ЕС и об этом четко заявляем. НАТО — не приоритет. Давайте развернем эту тему. Когда мы общаемся с представителями российских властей, то спрашиваем у них: вот вас раздражают даже разговоры о НАТО, а какой вы бы хотели видеть Молдавию? Нам говорят: нейтральной страной. Хорошо, мы с этим согласны, и у нас это прописано в конституции и во всех законах. Так обеспечьте нам этот нейтралитет! Ведь сегодня мы не нейтральная страна. На нашей территории есть российское вооружение и российские военные. И неважно, сколько их. Один солдат — это уже присутствие. Налицо дисбаланс. Я говорил уже, что мы будем очень открыты в переговорах с российской стороной. Мы прагматичные люди и будем выполнять договоренности. Раньше были только декларации, а дела зашли в тупик. Существует много скрытых проблем, хотя внешне у нас вроде очень хорошие отношения. Я хочу дать другой импульс нашим отношениям с Москвой и шаг за шагом решать накопившиеся проблемы.
— Какие, например?
— Из политических — в первую очередь приднестровский вопрос. Но есть еще и проблемы в экономике. О них можно говорить долго. Остались барьеры на пути нашего товаропроизводителя на российский рынок. С одной стороны, мы хотим дружить и иметь хорошие отношения с Россией, но при этом со стороны ЕС нам открывают все больше возможностей, а с российской стороны возникают барьеры. В 2008 году у нас был товарооборот $1 млрд, а за девять месяцев этого года — $300 млн. И кризис тут ни при чем. У нас Евросоюз уже выходит на первое место
— Свой первый визит на посту премьера вы совершили в Брюссель, и это сразу стали трактовать как заявку на полную ориентацию Молдавии на Запад. Это так?
— В Брюссель меня пригласили, и я воспользовался этой возможностью, чтобы рассказать Европе о том, кто мы такие. К сожалению, о том, чтобы поехать в другую сторону, в Москву, не было даже разговоров. Я не хочу, чтобы это выглядело так, будто я обижен, но, когда здесь глава администрации президента России Сергей Нарышкин, я с ним общался. Более того, было желание встретиться с президентом РФ Дмитрием Медведевым, но, видимо, у российского президента сейчас иные приоритеты. Надеюсь, что, когда российская сторона сочтет нужным, мы все-таки встретимся. Нам многое нужно сказать российским партнерам и многие проблемы решить.
— В Брюсселе вы подняли тему евроатлантической интеграции Молдовы, говорили, что страна может вступить в НАТО. Зачем вам это?
— Я не могу говорить и решать за молдавский народ. Я тогда это сказал и сейчас повторяю. Эта проблема, если она есть, должна решаться молдавским народом.
— А НАТО — это проблема?
— Все это преподносят как проблему. Я при каждой встрече объясняю, особенно россиянам, что мы не вступаем в НАТО и даже если бы захотели, то не смогли бы вступить. Есть очень жесткая норма конституции, которую, если разобраться, невозможно изменить. Но коль уж эта проблема кем-то ставится, то я говорю: на этот вопрос могут дать ответ только граждане Республики Молдова. Без этого никуда идти нельзя. Но вообще здесь очень много спекуляций.
— Так давайте поставим точку в этом вопросе.
— Я и хочу это сделать. Но меня как будто не слышат! Республика Молдова является нейтральной страной. Это определено нормой конституции. Мы законопослушные граждане и будем управлять страной, исходя из норм конституции. Мы за то, чтобы у нас были нормальные отношения с НАТО, хотя бы близкие к тому уровню, который есть у России с альянсом.
— А как вам кажется, Молдове в принципе нужно вступать в НАТО или эта тема вообще неактуальна?
— На сегодняшний момент эта тема не является актуальной. И мы даже не собираемся на эту тему говорить с альянсом. Нужно нам это или не нужно? Нет, не нужно. На сегодняшний день это не решит никаких проблем.
— А надо Молдове вообще стремиться в НАТО?
— Мы стремимся в ЕС и об этом четко заявляем. НАТО — не приоритет. Давайте развернем эту тему. Когда мы общаемся с представителями российских властей, то спрашиваем у них: вот вас раздражают даже разговоры о НАТО, а какой вы бы хотели видеть Молдавию? Нам говорят: нейтральной страной. Хорошо, мы с этим согласны, и у нас это прописано в конституции и во всех законах. Так обеспечьте нам этот нейтралитет! Ведь сегодня мы не нейтральная страна. На нашей территории есть российское вооружение и российские военные. И неважно, сколько их. Один солдат — это уже присутствие. Налицо дисбаланс. Я говорил уже, что мы будем очень открыты в переговорах с российской стороной. Мы прагматичные люди и будем выполнять договоренности. Раньше были только декларации, а дела зашли в тупик. Существует много скрытых проблем, хотя внешне у нас вроде очень хорошие отношения. Я хочу дать другой импульс нашим отношениям с Москвой и шаг за шагом решать накопившиеся проблемы.
— Какие, например?
— Из политических — в первую очередь приднестровский вопрос. Но есть еще и проблемы в экономике. О них можно говорить долго. Остались барьеры на пути нашего товаропроизводителя на российский рынок. С одной стороны, мы хотим дружить и иметь хорошие отношения с Россией, но при этом со стороны ЕС нам открывают все больше возможностей, а с российской стороны возникают барьеры. В 2008 году у нас был товарооборот $1 млрд, а за девять месяцев этого года — $300 млн. И кризис тут ни при чем. У нас Евросоюз уже выходит на первое место


