Отголоски прошлого

Дмитрий Каврук

Один из основателей и идеологов приднестровской республики Василий Яковлев обвинил лидера Приднестровья в умышленной узурпации власти в регионе. «Обвиняю И.Смирнова и его политический режим в превращении Приднестровья в испытательный политико-психологический полигон по зомбированию населения", - заявил Яковлев. По его мнению, режим Смирнова виновен в доведении до катастрофического уровня экономики региона, а его жителей - до нищеты и бесправия.

Яковлев считает, что руководство Приднестровья во главе с Игорем Смирновым и Григорием Маракуцей "обязательно должно нести юридическую ответственность и предстать перед судом народа Приднестровья и не только".

Свое обвинение Яковлев направил в СМИ и в официальные органы Молдовы, ОБСЕ и стран-гарантов в процессе приднестровского урегулирования.

Василий Яковлев - автор первой конституции непризнанной приднестровской республики (1991 г.), создатель и первый ректор Приднестровского государственного университета, депутат Верховного совета ПМР. В 1995 году был смещен Смирновым с поста ректора и перешел в оппозицию к местной власти. Теперь он живет в России.

Уже почти никто не помнит, но еще в начале 90-х Смирнова нельзя было назвать полновластным царем и богом на левом берегу Днестра. Во-первых, ему противостояла мощная группировка силовиков. Под авторитетом генерала Лебедя, принимавшего участие в общественно-политической жизни региона, собралась значительная часть оппозиции – людей, которые помнили, за что они боролись, бросив вызов националистам Кишинева. По своей сути – это советская интеллигенция, для которой лозунги гласности имели большое значение. В регионе была реально независимая пресса, которая открытым тексом говорила об опасности превращения клана Смирнова в тоталитарную машину.

Лебедь погиб, комендант Бендер Бергман принял решение покинуть Приднестровье, а один из активистов сопротивления режима сотрудник МГБ Горбов недавно был выкран из Измаила спецслужбой, в которой он работал многие годы. Говорят, что у главы МГБ Антюфеева не могло быть никаких мотивов, кроме личной мести. Впрочем, если спустя столько лет Горбову попомнили о его «подрывной» деятельности в Тирасполе, становится понятным, какую опасность представляли для режима люди вроде Лебедя, Горбова, Бергмана, Яковлева.

Публичное выступление Яковлева – это как отголосок прошлого. Напоминание того, за какое будущее боролись идейные люди. Впрочем, все это давно в прошлом. При Смирнове, который остался вне времени, никакого будущего у Приднестровья не предвидится.