Москва пытается убедить президента Молдавии распустить парламент

Москва использует переговоры по разрешению приднестровского конфликта как средство ослабления политической системы Молдавии.
Это сопутствующая цель переговорного механизма, управляемого заместителем секретаря Совета Безопасности России Юрием Зубаковым в работе с ключевыми фигурами молдавской президентской команды.

Как сообщает корреспондент «Нового Региона», об этом пишет известный американский политолог румынского происхождения Владимир Сокор в статье, опубликованной на сайте Jamestown Foundation в Вашингтоне. РИА «Новый Регион» предлагает аутентичный перевод аналитической статьи.

Специфические предложения Москвы, внесенные через этот механизм для изменения молдавской политической системы – очевидно, для облегчения приднестровского урегулирования, – противоречат молдавской конституции.

Теперь российская сторона ищет способы убедить президента Молдавии Владимира Воронина распустить парламент и изменить или пробить брешь в конституции ради урегулирования, которое в любом случае выглядит иллюзорным.

Партия коммунистов контролирует 56 мест в 101-местном парламенте. Это количество меньше двух третей, необходимых для изменения конституции. Роспуск парламента для проведения досрочных выборов также будет антиконституционным шагом.

Согласно Статье 85 Конституции, парламент может быть распущен только в случае, если ему не удастся избрать главу государства в течение трех месяцев, утвердить состав правительства в течение трех месяцев или принять законодательство в трехмесячный период. Однако сейчас ни одного из условий нет.

Чтобы обойти защитные механизмы конституции, некоторые персоны из ближнего круга советуют Воронину отправить в отставку правительство и настроить коммунистическое большинство в парламенте отказаться от утверждения нового правительства или принятия законодательства в течение трех месяцев.

Тогда президент должен будет распустить парламент и позаботиться об избрании более послушного законодательного органа. Почти уже соблазненному на это президенту порой кажется, что пойти по этому пути – вопрос политической воли и проверки сил для его команды, в то время как президентские юристы должны найти приемлемую формулу приближения досрочных выборов.

Предложения Москвы противоречат также молдавскому закону о гражданстве, которое не позволяет гражданам другого государства избираться в парламент или работать в правительстве.

Назначенцы Тирасполя на эти посты почти наверняка окажутся гражданами России, и их лояльность будет направлена на эту страну, а не на Молдавию. Избрание или назначение таких лиц в Кишиневе может превратить и без того слабую Молдавию в нефункционирующее государство.

В любом случае команда Воронина торопится, стремясь урегулировать приднестровский вопрос в этом году с согласия Москвы. Команде кажется, что у нее недостаточно времени (не считая отсчета времени для парламента – очевидно, автор имеет в виду период в три месяца, необходимый для подготовки роспуска парламента – РИА «НР») для какого бы то ни было далеко идущего пересмотра конституции и соответствующих законов.

Президент и его команда полагают, что только Путин может обеспечить Молдавии урегулирование, хоть и несовершенное, в течение ближайших нескольких месяцев, пока президентская кампания в России не войдет в основную стадию.

Зубаков и другие подводят их к мысли о том, что Путин жаждет лавров международного миротворца после ухода из президентского кабинета и что он будет милостив к Молдавии в плане урегулирования, если Молдавия облегчит ему такой уход.

Молдавия ведет переговоры под разными видами прессинга, некоторые из них порождены Россией, другие появились сами. Москва и Тирасполь сопротивляются переговорам по Приднестровью.

Политически мотивированный запрет на импорт в Россию (вина и сельхозпродукции – РИА «НР») привел Молдавию на грань экономического спада, в то время как неспособность Молдавии к привлечению инвестиций и к диверсификации рынков сбыта усугубляет действие российского эмбарго.

П