Молдова: от коммунистического тоталитаризма к построению демократического государства. Часть первая. Уроки истории

Демократические идеи сами по себе никогда не проигрывают. Проигрывают люди, объявившие себя демократами, но так до конца и не понявшие, что это такое. Чтобы научиться демократии, её надо выстрадать. Есть только один выход из этой критической ситуации: это скорейшее объединение на созидательной основе здоровых демократических сил Молдовы и их совместное противостояние нынешнему тоталитарному политическому режиму. Это должно быть объединение ради страны и народа, а не ради того, чтобы попасть в депутатские списки, сделать себе карьеру в качестве записных патриотов.

Молдова в августе 1991 года обрела право называть себя независимым демократическим государством с рыночной экономикой. Но право это, в буквальном смысле этого слова, свалилось к нам в руки само собой, без продолжительной общественной борьбы за него, в которую были бы вовлечены десятки тысяч людей, составляющих политическую элиту нации, в результате распада СССР. Мы не были готовы к демократии и сами еще не были в полной мере демократами. Над нами еще тяготели традиции и привычки тоталитарного общества. Именно по этой причине, демократия в Молдове пока еще только вывеска, это понятие, увы, еще не наполнилось реальным содержанием. Прошло еще слишком мало времени для того, чтобы Молдова стала действительно свободной и независимой, подлинно демократической страной. Пример Запада свидетельствует о том, что процесс этот нигде и никогда не был ни скорым, ни легким. И сегодняшние страны развитой и стабильной демократии – Франция, Великобритания, Швеция, Бельгия, Голландия, Германия, Италия и другие – прошли к своему нынешнему состоянию полный трудностей и лишений путь.

Но я погрешил бы против истины, если бы не отметил, что до 2001 года мы, пусть медленно, ошибаясь, спотыкаясь, сомневаясь, но все-таки достаточно уверенно шли вперед по пути реформ и уже начинали пожинать первые плоды преобразований. К сожалению, наш народ, не имеющий опыта жизни в условиях развитой европейской демократии, к тому же отвыкший за годы тоталитаризма от активного участия в общественных процессах, пассивно ждал от демократической власти скорых и щедрых результатов, ждал чуда. Когда же чуда не случилось, наш народ, который, в силу своего традиционного менталитета, все еще верит в то, что все проблемы может решить только «твёрдая рука» у власти, в феврале 2001 года поддержал коммунистов, которые это «чудо» ему твердо обещали. Сегодня, в итоге, мы вновь имеем в Молдове государство тоталитарного типа, в котором только одна – правящая – партия решает все и за всех, а демократическая оппозиция фактически объявлена вне закона. Но такие государства не имеют исторической перспективы, они – рано или поздно - умирают «естественной смертью», либо сам народ, осознав свои заблуждения, разрушает их.

Конечно, было бы совершенно неверным утверждать, что демократия у нас в Молдове не имела изъянов, не была отягощена неизбежными для первичной стадии ее становления рудиментами тоталитарного мышления, а наши радикал-демократы не путали порой свободу со вседозволенностью, реформы с разрушением, демократизацию с анархией. Вместе с тем, столь же неверным было бы не признать и тот очевидный факт, что демократическая модель развития, которая выстрадана и обретена Западной Европой, а ныне утверждается во многих странах Восточной Европы, несмотря на все свои изъяны (ибо абсолютно совершенного просто не бывает в природе), обеспечивает сегодня отдельным людям и государству и обществу в целом высокий уровень благополучия и стабильности. Все это не упало с неба, как манна небесная, было достигнуто отнюдь не за один год, а путём длительной и не всегда успешной, но неизменно возобновляемой, кропотливой работы, следствием которой стала максимальная концентрация всех человеческих и интеллектуальных ресурсов.

Во время многочисленных встреч с гражданами Молдовы, как в Кишиневе, так и за его пределами, меня постоянно допытывают: «Чем же мы, молдаване, хуже других? Почему именно мы задержались в своем разви