Игра в референдум

Очередной, шестой по счету референдум о независимости Приднестровья прошел с тем же самым результатом, что и предыдущие. То есть - без результатов. Нет, с формальной, арифметической точки зрения какие-то результаты есть - 97 процентов «за» независимость и вхождение региона в состав России. Сама цифра навевает воспоминания о выборах в приснопамятном СССР. Там, помнится, безальтернативные кандидаты от «нерушимого блока КПСС и беспартийных» набирали примерно столько же. При этом всем известно, что в Союзе существовало инакомыслие, загнанное КГБ в лучшем случае на кухни, в худшем - в лагеря и психушки. Когда инакомыслие в СССР достигло критической точки, прорвалось в Верховный Совет и на площади городов, Союз развалился. Невзирая на все эти 90 с лишним процентов.

В Приднестровье публично выражать инакомыслие, например, выступать за вхождение региона в состав Молдовы - официально - уголовно наказуемое деяние, оцениваемое как «антиконституционная деятельность». За соблюдением конституционного порядка за рекой отвечает МГБ. Вот вам еще одна невеселая аналогия с подзабытыми советскими временами. И МГБ, надо сказать, накануне волеизъявления не бездействовало. Как показывает практика, агитаторы в чекистских погонах куда эффективнее политтехнологов. В таких условиях можно было проголосовать хоть за присоединение к Марсу.

Ну ладно, референдум прошел, отгремели победные реляции, тема схлынула с экранов, и все вдруг задались вопросом: «А что дальше?». Никто в мире референдум и его итоги не признал (отдельные депутаты Госдумы не в счет). Рассуждать всерьез о возможности присоединения Приднестровья к России не рискуют даже в Тирасполе. В Москве прекрасно понимают, что прецеденты подобного рода способны спровоцировать не только обострение сепаратистских настроений в самой России, в частности на Кавказе, но и вообще разрушить сложившуюся систему международных отношений и по-

вергнуть современный мир в хаос неопределенности. К чему даже нарастившая нефтедолларовую мускулатуру Россия сегодня явно не готова. Потому, очевидно, Москва не признала и не станет признавать итогов плебисцита. За что Кишинев и Россию, и другие страны, задействованные в процесс приднестровского урегулирования, уже искренне поблагодарил.

Скорее всего, о том, что в Приднестровье прошел какой-то референдум, в скором времени будут вспоминать исключительно в качестве одного из аргументов в ходе переговоров по мирному урегулированию. Причем аргумента не очень веского, не обладающего международно-правовой легитимностью. Тем более что все, в том числе в Москве и Тирасполе, прекрасно понимают: референдум не отменяет необходимости возобновления переговорного процесса. Как говорится, побаловались, поиграли в референдумы, а теперь - добро пожаловать за «круглый стол».

Хотите поговорить об этом? Пишите.

Электронный адрес автора: kp@kp.md