Игорь Мунтяну: Речь идет не о приднестровском конфликте, а о военном мятеже, вдохновленном и руководимым до сих пор Российской Ф

Информационное агентство Info-Prim Neo проводит опрос общественного
мнения среди лидеров политических формирований, представителей
гражданского общества, людей, влияющих на общественное мнение, с обоих
берегов Днестра об урегулировании приднестровского конфликта. Опрос
проводится для того, чтобы собрать как можно больше точек зрения,
которые могли бы способствовать улучшению нынешней ситуации. Всем
участникам опроса было задано по два вопроса. На этот раз на них
отвечает политический аналитик Игорь Мунтяну.

- Каким вам видится урегулирование «приднестровского спора»? В
какой форме, с помощью каких механизмов и в какие сроки оно возможно?

- Необходимо уточнить. Речь идет не о «приднестровском споре», а о
военном мятеже, вдохновленном и руководимым до сих пор Российской
Федерацией, участницей существующего конфликта, которая облачилась в
несвойственную ей роль «посредника» в урегулировании проблемы. Согласно
толковому словарю, «спор», «разогласие» – это «столкновение
противоположных целей, мотивов, точек зрения интересов участников
взаимодействия», тогда как в Приднестровье имеет место конфликт,
замороженный военными средствами и вдохновляемый экономическими и
идеологическими интересами, урегулирование которого зависит от
геополитических факторов. На мой субъективный взгляд, этот конфликт
сохраняется в настоящее время в связи со слабостью и
непоследовательностью Кишинэу, прежде всего, если желаете, - даже
интеллектуальной ограниченностью всех тех советников и власть
предержащих, которые были назначены управлять приднестровским
портфелем. Ключ к этому конфликту находится не в Москве, как
предполагают некоторые аналитики, рекомендующие в этой связи, что
«подслащивание отношений с Москвой обязательно приведет к разумному
урегулированию конфликта» или что «торг в любой западной или
евроазиатской столице может стать благоприятным решением с точки зрения
национального интереса». Ключ находится в самой сути и понимании
политической и экономической власти официального Кишинэу, которой не
следовало бы сидеть и мечтать о внешних подарках, а поразмыслить о
логике и удесятерить усилия, чтобы работать со множеством региональных
(Украина, Румыния, Польша, Турция, Европейский союз) и местных
партнеров (бизнес, церковь, местные власти), отстраивая то, что было
разрушено за последнее десятилетие изоляции и «активного российского
посредничества». Пока оранжевые революции рождаются и умирают в голове
одного человека, тактика и стратегии урегулирования будут фатальным
образом ошибочными. Другой плохой привычкой действующей власти является
и выборочное принятие обязательств и фраз, которые хорошо звучат, но не
проникают вглубь сути конфликта, как «стратегия 3Д», представленная в
2004 году от имени гражданского общества, а затем извращенная в
результате некомпетентности и бездействия, и все потому, что цели этой
власти сильно ограничены «вегетативным» политическим руководством
старого, коммунистическо-олигархического типа, не имеющего абсолютно
ничего общего с современной европейской политикой и национальным
интересом.

- Насколько эффективными и соответствующими сложившейся
ситуации, на ваш взгляд, являются действия, которые предпринимает
сейчас молдавское руководство? Как вы считаете, когда усилия властей
смогут принести результаты, и каких именно результатов мы можем ожидать?

- Действия лидеров Республики Молдова в основном ошибочны,
непоследовательны и беспорядочны. Хотя определенные действия
официального Кишинэу представляются общественности как результат
законов, принятых в июле 2005 года, в действительности мы являемся
свидетелями неясных переговоров с нечеткими целями и неприемлемыми
участниками. Говоря по правде, сам лидер ПКРМ в полной мере отдает себе
отчет во всей иронии и абсурдности возвращения к прямым переговорам с
И. Смирновым после полного прохождения парадоксального круга вариантов:
Россия (сценарий федерализации Республики Молдова и сохранения
российских войск