Государственная недостаточность

МОСКВА, 5 сентября / ПОЛИТИЧЕСКИЙ ОБОЗРЕВАТЕЛЬ РИА НОВОСТИ Дмитрий Шушарин /. Осталось всего ничего. И до парламентских выборов, и до президентских. И потому, вроде бы, все политические действия, производимые властью, следует рассматривать с предвыборной точки зрения.

Но не получается. Потому что происходит нечто, что могло бы иметь место много раньше, а никак не накануне сдачи дел. Вот, например, губернаторы. Среди отставок нет ни одной, которая свидетельствовала бы о предвыборной мобилизации. Напротив, то, что не отставили Юрия Лужкова, может трактоваться и трактуется, как стремление обеспечить правильное голосование в Москве.

А вот в Самарской и Сахалинской области происходит нечто весьма простое и банальное. Новая государственная олигархия становится во главе регионов. Напрямую, без посредников, без утомительных избирательных кампаний.

И вот уже сразу кто-то заговорил о том, что это и есть главное, для чего отменялась выборность губернаторов. Ну, там еще всякая лирика, вроде того, что от власти отстраняются люди, сделавшие карьеру в прежние времена.

Комментируется другое: и смена губернаторов, и многое другое, совершаемое властью, – это действия людей, намеревающихся оставаться у власти. Никаких признаков подведения итогов не наблюдается.

Самое радикальное объяснение – принято решение о бессрочном правлении Путина, которое стыдливо именуется «третьим сроком». Тогда губернаторские отставки вполне сопоставимы со сталинской кадровой революцией 1929 года. Именно к этому времени во главе обкомов им были поставлены свои люди. Ну, за этим последовала еще революция 1937-го, ныне воспеваемая не одной только газетой «Завтра».

Однако наибольшей популярностью пользуются версии передачи власти преемнику на определенных условиях. Одно из которых – неприкосновенность некоего кадрового ядра, в которое входят, естественно, и губернаторы. Может быть, не все. Но представители новой госолигархии – точно.

Версий, собственно две. Одна – преемник до 2012 года. Вторая – преемник на короткое время, до первого серьезного кризиса, когда прежнего президента попросят вернуться. Или же преемник заболеет, еще чего-то там случится.

И вот в этих комментариях, в бесконечных разговорах о том, как именно Путин уйдет, чтобы остаться, проявляется то, что может быть названо деградацией политической мысли. Не самые глупые люди всерьез обсуждают, каким образом действующий президент планирует устроить в стране смуту. Ибо двоевластие может привести именно к боярской смуте, которая отразится на всех, в том числе и на тех, кто от власти далек и приближаться к ней не намерен.

Заметьте: я говорю не об истинных намерениях президента, гипотез не измышляю. Речь идет о том, что ему приписывают, а степень адекватности этих построений – другая тема.

Итак, первая версия – местоблюститель на четыре года. Что на четыре, что на два с половиной, это должен быть человек, который отдаст жену дяде, а сам пойдет, куда ему скажут. Однако никто не гарантирует, что его самооценка не изменится, может быть, не сразу, но вскоре после вручения ему чемоданчика с заветной кнопкой. После переезда в новый кабинет. После того, как вокруг него засуетятся люди, которые будут не прочь еще раз поиграть в сильного президента. И не только новые. Почему, собственно, неприкосновенные назначенцы не переприсягнут? Рыба ищет, где глубже.

И преемник вполне может воспользоваться теми законами, которые были приняты в последнее время. Для формально законного установления диктатуры и реставрации тоталитаризма, собственно, достаточно закона об экстремизме и о террористической опасности.

А есть еще и огромный аппарат управления страной. И тем, кого по старой традиции считают винтиками этого аппарата, хочется иметь гарантии своего положения и продвижения. Кто им их предоставит? Местоблюститель или вероятный новый старый президент? Наверное, тот, кто покажет свою силу.

Паралич управления – это еще не самое страшное, к чему может привести под