Год Евгения Доги: история любви маэстро к Наталье

Слушая его музыку, неизменно представляешь раскинувшиеся во всю ширь и высь неба – сияющие арки. Золотые, перламутровые, нежно-акварельные, святящиеся и переливающиеся всеми цветами радуги от горизонта до горизонта, расширяющиеся и расширяющиеся до бесконечности. И мириады цветочных лепестков, кружащихся в воздухе.

Его музыку к кинофильму «Мой ласковый и нежный зверь», под которую фигуристы из разных стран завоевали не одну золотую медаль, Рональд Рейган назвал «вальсом века». А песня «Мой белый город» стала своеобразным гимном Кишинёва.

Евгений Дога, чей день рождения ежегодно выпадает на празднование Мэрцишора в Молдове, 1 марта насчитает на стебле своей жизни 70 «листков». 2007 год решением молдавских властей объявлен Годом Доги.

Однако у композитора вырисовывается ещё один юбилей – 45 лет истории его любви к Наталье, которая длится по сию пору.

Девушка из высшего общества

…В то лето Евгений намеревался отправиться в молдавскую глубинку за фольклором. И надо же было – именно здесь, в Кишинёве, так сказать, транзитом, повстречал девушку из высшего общества Москвы, дочь крупного военачальника, необыкновенную, рафинированную, тонкую и грациозную, вот на такенных каблуках. Звали её Наташей.

Позвал её с собой в экспедицию и, как ни странно, получил согласие. Однако тётушка Натальи, узнав об этих планах, пришла в ужас и никуда племянницу не пустила. Тогда и он никуда не поехал. Трое суток, остававшихся до отъезда москвички в Златоглавую, они провели вместе. Посадил её на мотороллер – сгоняли в красивейшее местечко Иванчу. Бродили по Долине Роз и под струистый шелест лип в летней теплыни много говорили, молчали и глядели друг на друга. Казалось, душами сцепились – не разорвёшь.

Наталью покорила его чистота, глубина, абсолютная «неопасность» и «не от мира сегость».

Именно она первой завела речь насчёт переговоров с её родителями о свадьбе. Купила Евгению билет на самолёт в Первопрестольную. Они решили: если отец с матерью скажут ей «да», он прилетит, если «нет» – сдаст билет в кассу. К счастью, сработал первый вариант.

Шерше лямур

Визитёры в этот особнячок, примыкающий к театру «Сатирикус», входят с трепетом. Нажимаю кнопку в чугунной ограде, выходит маэстро в тапочках. Ведёт в уютный кабинет-салон, плюхается в лайковое кресло цвета охры, гармонирующее с общей золотистой гаммой меблировки. Я усаживаюсь на табуретке возле него. Знаю, что Евгений Дмитриевич любит глядеть в глаза, поэтому стараюсь пореже отвлекаться на осмотр интерьера. Ещё знаю, что маэстро хлебом не корми, дай пофилософствовать, поэтому сходу задаю тему интервью: «Любовь».

Не трогайте любовь руками

– Почему в музыке у вас такие резкие перепады – от низких нот к высоким, а в дизайне кабинета – всё в тон?

– Я действительно сторонник контрастной эстетики. Так и делаю в оркестре. Поэтому фуганул бы все эти однотонные драпри и сделал бы их яркими и живыми. Меня остановило то, что работы выполнены с любовью. Кроме того, доверяю чужому вкусу.
¬

– Почему о ваших отношениях с супругой вы ни с кем не откровенничаете. Табу?

– О любви рассуждать – всё равно что подсчитывать в океане кубометры воды или купол неба руками трогать. Знаю и чувствую, что любовь – это энергетическая масса, духовная материя со своими микрочастицами. Это огромнейшая сила, которая тащит тебя куда-то на конец света. Вот это любовь, а не когда двое сидят, тискаясь и лобызаясь – это узко, примитивно и неинтересно.

Эминеску говорил о любви: «О ну штиу че ши ну штиу кум» («Не знаю что, не знаю как»). Кстати, мы ведь не сами по себе умничаем, а зачерпываем толщу мыслей и чувств, накопленных десятками и сотнями поколений.

Любовь – это когда до определённого мгновения равнодушно проходил мимо роскошных роз и вдруг резко затормозил возле невзрачного лютика, задыхаясь от нежности и восхищения. Среагировал на энергетику, которая предназначена одному тебе. Сколько хорошеньких мордашек вокруг – а взял каракатицу, потому что в ней одной есть ключ для твоего замка.