«ГАЛОЧКА» ДЛЯ МИРОВОГО СООБЩЕСТВА

Съезд депутатов всех уровней Приднестровья, прошедший 31 марта с.г. под знаком радикализма, завершился, по мнению большинства аналитиков, скомкано. Главной сенсации не получилось. Из 12 проектов документов, обращенных в самые различные международные организации и страны, в итоге приняты лишь 3.

Декларация съезда оказалась полностью переработана редакционной комиссией, и фактически – смягчена. Обращения к парламентам России и Украины по поводу признания были всего лишь дежурными документами. Никто и не сомневался в их принятии.

Как выяснилось на состоявшейся 31 марта итоговой пресс-конференции, съезд даже не определил дату разрекламированного референдума о независимости Приднестровье. Этим предстоит заняться верховному совету региона. Он же будет работать и с пакетом непринятых документов.

В ходе съезда звучали ставшие уже дежурными фразы, о том, что «введенные Кишиневом и Киевом санкции воодушевили приднестровцев», а «созванный съезд их объединил», что в создавшейся ситуации ощущается «консолидация всего приднестровского народа», а «республика фактически признана» и тому подобное. Однако осталось неясным, зачем для озвучивания этих ежедневно повторяемых официальным Тирасполем лозунгов нужно было собирать съезд? По логике, он должен был детально обсудить остроту ситуации, но откровенный и серьезный разговор был подменен отрепетированным шоу с целью демонстрации единства «маленькой, но гордой республики» перед лицом внешнего мира.

Примечательно, что сами руководители приднестровского парламента не очень-то верят в способность съезда повлиять на ситуацию. Об этом явно свидетельствует заявление спикера Евгения Шевчука на итоговой пресс-конференции. «Наше дело – обратиться к странам и организациям, их дело – ответить», - отметил спикер. Но в этом случае затраты не стоят результатов: съездов и обращений было за 15 лет много, а эффект – нулевой.

Создается впечатление, что истинное предназначение состоявшегося съезда заключалось в том, чтобы подстегнуть Москву к более активной поддержке Приднестровья, но она (Москва) по какой-то причине не очень пожелала раскручивать эту тему. На съезд даже не прибыли депутаты российской Думы, которых очень ждали в приднестровской столице.

Другой момент может быть связан с предстоящими в этом году в Приднестровье президентскими выборами. 31 марта, в день съезда, среди делегатов активно распространялись пропрезидентская газета «За Республику», орган одноименного приднестровского движения, в передовице которой говорилось: «Нам (…) предстоят президентские выборы в конце текущего года. И хотя о старте кампании еще не объявлено, Запад уже развернул борьбу за то, чтобы не допускать переизбрания на новый срок ныне действующего главы государства. Однако все здравомыслящие граждане прекрасно понимают, что на данном этапе альтернативы ему нет».

Таким образом, столь широко разрекламированный съезд не явился генератором новых идей. Статья 1 так называемой конституции Приднестровья и так гласит о том, что «ПМР – независимое государство», а проведение референдума без участия международных организаций (ибо ООН вряд ли пришлет своих представителей) и вовсе теряет всякий смысл.