ЕВРОПЕИЗАЦИЯ – НЕ СМЕРТНЫЙ ГРЕХ

Отношения Кишинева и Москвы в последнее время обострились сразу по нескольким направлениям: это и запрет на ввоз молдавского вина, и экономическая блокада Приднестровья. Что за этим стоит и как Молдавия собирается выходить из сложившейся ситуации, в эксклюзивном интервью «НГ» рассказал президент страны Владимир Воронин.

– Российско-молдавские отношения охладели до такой степени, что в России создается впечатление, будто вся жизнь в Молдавии посвящена борьбе с Москвой. Тем не менее было время, когда у вас были довольно доверительные отношения с Кремлем. Куда все ушло? Что нужно сделать, чтобы отношения вновь стали прежними?

– То, что в России создается такое впечатление о Молдавии, – это, скорее, вопрос к вашим СМИ. Поскольку у нас в Молдавии транслируются все российские каналы, то из них, собственно, мы всякий раз и узнаем о том, что мы боремся с Россией. Жизнь в Молдавии на самом деле посвящена совсем другим вещам. И в этом легко убедиться. Нынешняя власть в Молдавии занята в том числе тем, что посвящает свое время восстановлению памятников русской культуры. К примеру, первым восстановленным музеем в Молдавии в 2001 году стал дом-музей Пушкина в Долне. Потом было строительство гигантского мемориала на Шерпенском плацдарме, где в 1944 году пали тысячи советских воинов. Теперь вот реконструируем Мемориал Победы в Кишиневе. Восстанавливаются памятники воинской славы в каждом селе, в каждом городке.

Русский язык в Молдавии законодательно защищен статусом языка межнационального общения, а наш парламент еще два года назад официально закрепил за Молдавией статус полиэтнического государства. Треть школ в стране – с преподаванием на русском языке. Никаких языковых ограничений при получении высшего образования, вплоть до Академии публичного управления при президенте. По моей инициативе в этом учебном заведении, собственно, и были открыты группы обучения на русском языке. Все официальные документы дублируются на два языка, в парламенте все дискуссии и выступления сопровождены переводом. Мы еще три года назад приняли закон о множественном гражданстве. Может быть, это и есть борьба с Россией?

Хотя, если быть откровенным, скажу: все это мы делаем не для России. Русская культура и русское наследие – органическая часть нашей многонациональной молдавской культуры, и русское в Молдавии мы защищаем как свое родное, от которого отказываться не собираемся. Такое же, кстати, родное, как и украинское, гагаузское, болгарское, еврейское. Полиэтнизм – это наше богатство. А кто отказывается от богатства?

– Почему все-таки в России складывается впечатление, что сегодняшняя Молдавия стремительно отдаляется от России?

– Я думаю, что подобный образ Молдавии – дело рук тех, кто и к самой России относится, мягко говоря, не совсем уважительно. Кто противопоставляет Россию и Европу, для кого Россия – нечто замкнутое, отгороженное от всего мира. Ведь по большому счету что в первую очередь воспринимается некоторыми вашими чиновниками в качестве антироссийской политики в Молдавии? Наш курс на европейскую интеграцию. Объясните мне, что в европейской интеграции антироссийского? Россия – это ведь значительная часть Европы! Петр Первый окно в Европу прорубал, европеизировал Россию, а теперь европеизация – это смертный грех. На мой взгляд, это по меньшей мере странно. Мы в Молдавии считаем, что наши страны идут общим курсом на сближение с Европой. У вас по-настоящему европейский президент, возвращающий России ее европейскую миссию, перед ним во многом стоят те же задачи, которые стояли когда-то перед Петром, россияне, так же как и мы, заинтересованы во внедрении основных свобод во взаимоотношениях с ЕС – свободы перемещения людей, капиталов, товаров. Тут мы объективно – только союзники.

– Так что все дело в кознях отдельных чиновников? Не преувеличиваете ли вы их значение в молдавско-российских отношениях?

– Молдавия – небольшая страна. Для того чтобы очернить нас в глазах россиян, достаточно нескольких малобюджетных пропагандистских ка