Эксперты: Политический режим передает определенные послания судьям

Напротив, после случая Домники Маноле и судьи Ольги Кожокару, которая избежала уголовного преследования, наблюдается выборочный подход. Об этом заявили гости ток-шоу  Ora Expertizei на телеканале Jurnal TV. 

В этой связи присутствующие на передаче эксперты отметили, что случай Домники Маноле является тревожным сигналом для всех судей страны. «Случай Домники Маноле создал очень опасный прецедент, так как в этом случае, фактически речь идет о  неправильном толковании закона. Я с большим уважением отношусь к тем 15 судьям, которые вышли с заявлением в данном случае. Это довольно опасный прецедент. Решение, принятое сейчас, и решение прошлой недели заставляет меня думать, что ВСМ подходит к делам избирательно, потому что я не вижу разницы, основываясь на общедоступной информации. Почему на прошлой неделе ВСМ дал согласие и почему на этой неделе ВСМ не согласился, остается риторическим вопросом», –  сказала программный директор Центра правовых ресурсов Надежда Хриптиевская.

«Необходимо защищать этот дух корпорации в нормальном смысле слова и понимать, что если на прошлой неделе была Домника Маноле, то на следующей неделе на ее месте может быть любой, которому не нравится даже не система, а кто-то, кто влияет на систему», – продолжили зампредседателя Центра анализа и предотвращения коррупции Марианна Калугина.

«Если рассматривать эти два случая, мы видим, что происходит на самом деле, когда политический режим, который непосредственно и интенсивно контролирует определенные органы юстиции, Генеральную прокуратуру, Высший совет магистратуры, посылает определенные сообщения судьям, независимо от их уровня, будь то судьи первой инстанции, или из региональных судов. Режим показывает каждому судье, что на них могут быть заведены уголовные дела или даже упрятать в тюрьму, а те, кто слушает и исполняет приказы, поступающие из политического центра власти, уходят от уголовной ответственности. Это прозрачное послание было передано судьям. Подозреваю, что этот призыв 15 судей был полнейшим ударом для власти – кто-то извне системы сопротивляется», – подчеркнул гражданский активист Валерий Паша.

Кроме того, Марианна Калугина сказала, что недавние события в судебной системе создают впечатление, что законы применяются избирательно: «Когда я слышу такие термины, как небезосновательное подозрение, умышленное, я начинаю забываться и мне кажется, что я нахожусь на лекции по философии. Прокуратура не была ясной в этих заявлениях, в которых оперировала  этими понятиями. То есть не особо было понятно ни в этой ситуации, ни в ситуации с Домникой Маноле.  Что не вызывает сомнения, так это то, что мы  присутствуем при применении норм, которые изначально применяются выборочно, что касается привлечения к уголовной ответственности судьи за принятое им решение. Судью нельзя привлекать к уголовной ответственности за его мнение, кроме исключительных случаев, таких как умышленное принятие, что еще надо доказать. Есть достаточно рычагов и инструментов для того, чтобы судья, допустивший недостаточно профессиональный подход, и это выражается в принятых им решениях, был исключен из системы».

«Создается впечатление, что в последнее время этот Высший совет магистратуры был выбран в качестве козла отпущения или мусорного контейнера судебной системы Молдовы, чтобы самые явные политизированные, непрофессиональные, антидемократические решения в судебной системе утверждались в этом совете. В этом смысле было бы полезно запомнить имена этих членов ВСМ, поинтересоваться, как они туда попали, кто их поддержал, кто продвинул. Мне кажется нонсенсом ситуация, когда Генпрокуратура просит возбуждения уголовных дел на судей на основе принятых ими решений», – добавил Валерий Паша.

«Такие жесты будут неубедительны, пока каждый раз, когда высшая инстанция отменяет решение низшей инстанции, не возбуждается уголовное дело. Эта практика не вызывает большого доверия и не приносит дополнительного престижа Генпрокуратуре. Проблема в другом. Интересно то, как ВСМ поступил в этом решении в сравнении с тем, как он действовал в случае Домники Маноле», – добавила Калугина.

«Если нет независимости, нет ничего. Каждый судья, независимо от нашего отношения к нему, должен иметь тот минимум независимости, в том числе в интерпретации и применении закона, потому что  есть достаточно рычагов и инструментов, чтобы его строго наказать, если он нарушит императивные нормы права», – подчеркнула Марианна Калугина.