Эксклюзив! Ньюсмейкеры о своих взаимоотношениях с алкоголем

Понедельник день похмелья, день плохого настроенья. Такой вывод сделали корреспонденты РИА «Новый Регион», которые беседовали сегодня с российскими ньюсмейкерами и политическими деятелями СНГ.

По мнению большинства опрошенных, политики, политтехнологи, журналисты, артисты и другие представители относительно свободных профессий входят в «группу риска» по заболеванию алкоголизмом. Практически все известные на постсоветском пространстве люди когда-нибудь да сталкивались с проблемой алкоголя, а многие подвели под это мировоззренческую базу

Руководитель Института проблем глобализации Борис Кагарлицкий (Россия):

– А что вы хотите? Мы живем в холодной стране! А северные народы склонны к употреблению спиртного. Финны с этим боролись на государственном уровне, правда, несколько безуспешно. Так что в северном климате – алкоголь не миф, а генетика. Кроме согревающей функции в русском пьянстве очень большую роль играет психологический момент. В работах Фрейда об этом очень четко сказано. Пьют в итоге от неудовлетворенности и для снятия жизненных стрессов. Я путешествовал на знаменитом алкогольном пароме в Хельсинки. Надо сказать, что шведы и финны пьют так, что это даже русскому алкоголику кажется героическим.

Журналист Максим Кононенко (Мистер Паркер):

Очень много думал о том, почему люди пьют и какие категории людей на «ты» со спиртным чаще всего. В первую категорию входят студенты. Это веселая братия, которая взрослеет и свершает мужественные эксперименты над собой. Там и сям появляются девушки, там и сям девушки ускользают – все это отличный повод для самоедства и пития. Вторая категория пьющих людей встречается чаще всего в регионах, где некуда пойти и нечем заняться. Они пустоту и безысходность существования заливают спиртным, чтобы была иллюзия какой-то жизни. Третья категория – это проявленные активные люди, жизнь которых наоборот слишком бурно протекает и они живут в состоянии постоянного стресса. Такие приходят вечером домой и обязательно откупоривают бутылочку. Так же пьют много актеры, которым надо выходить из образа. Журналисты, по моим наблюдениям, пьют не все. Во всяком случае, юные авторши колонок о светской хронике навряд ли станут после работы бежать в пивную. Сам я пью очень много. Каждый день. Вечером пришел домой – выпил и лег спать. Утром встал и ушел на работу. Выпить с утра я позволяю себе только один раз в год – 1 января, ну может еще 2-го. В запои никогда не впадал. Похмелье испытываю редко.

Лидер международного «Евразийского движения» Александр Дугин (Россия):

– Лично мне не пришлось испытать себя в запоях – я не пью. Но эту тему я хорошо знаю абстрактно. Поскольку пьют все вокруг. Русскому человеку пить противопоказано. Алкоголь тупит, а не приводит русских к подъему пассионарности. Пить хорошо тем агрессивным народам, у кого пассионарности в избытке. Они тем самым себя как бы успокаивают и эту пассионарность спиртным приглушают. Русским алкоголь не прибавит энергии – это психологический обман. Водка русским не поможет в борьбе с депрессией. И уж тем более наркотики. Отсутствие пассионарности русским надо лечить не спиртными напитками, а пробуждением национального самосознания. Воспитывать культуру управляемой ярости.

Тележурналист Николай Сванидзе (Россия):

– Я сам с алкоголем, как способом борьбы с депрессией покончил еще в районе студенческой скамьи. Тогда причиной душевных травм могли служить различные переживания личного характера, и я топил их в вине. С тех самых пор психика моя значительно стабилизировалась, и я нашел более здоровые способы. Идеального средства от депрессии и алкоголизма нет. Если бы я придумал панацею от этого, то давно получил бы Нобелевскую премию.

Лидер НБП Эдуард Лимонов (Россия):

– Где вообще статистика: сколько пьют в России? Что это такое за самоуничижение? Я ничего такого страшного не вижу в том, что русские люди выпивают. А уже остальное – самоуничижение, которое возникает в результате этих экспериментов – это, конечно, превосходит все нормы.