Дорина Киртоакэ оправдали по делу о платных парковках: Я не рад, я в гневе

Дорин Киртоакэ заявил, что, хотя его также оправдали в Апелляционной палате, он не может радоваться. Бывший мэр утверждает, что испытывает «чувство гнева», потому что дела, которые он считает сфабрикованными, тянулись годами, передает tv8.md

Апелляционная палата подтвердила заключение суда Кишинёва, согласно которому представленные в деле доказательства не подтверждают наличие элементов преступлений, связанных с торговлей влиянием и пассивной коррупцией, которые были предъявлены Киртоакэ.

Прокуратура требовала приговорить бывшего мэра к 10 годам лишения свободы, штрафу в размере 170 000 леев и запрету занимать государственные должности, но ходатайство было отклонено.

Решение не является окончательным и может быть обжаловано в ВСП.

«Да, меня оправдали. По идее, я должен радоваться, но я не могу. Меня переполняет гнев, потому что сфабрикованные дела, злоупотребляюще открытые во время захваченного государства, затягиваются уже при демократическом правительстве PAS дольше, чем во времена мафии. При них это заняло два года, а при нынешнем правительстве — шесть. И конца этому не видно», — заявил Дорин Киртоакэ.

Он также отметил, что оправдательный приговор не означает конец судебных процессов, поскольку прокуроры могут обжаловать решение.

«Позвольте мне рассказать о последствиях, которые я ощущаю до сих пор, несмотря на оправдание. Мэрии больше нет, Либеральная партия находится в затруднительном положении, нет семьи, нет родителей, мне не с кем поговорить о том, что меня оправдали. Нет детей, имущество по-прежнему конфисковано по второму делу, включая имущество, которое мне не принадлежит», — заявил бывший мэр столицы.

Дорин Киртоакэ утверждает, что если бы не это дело, он бы доработал свой срок на посту мэра Кишинева и, возможно, продолжал бы баллотироваться: «Что касается ситуации с партией, то она не была бы такой сложной. Семья и все такое, я не хочу вдаваться в подробности, но такова реальность. Если бы не конфискованное на 10 лет имущество, моя квартира, квартира моих родителей, которых уже нет в живых, и где у меня нет даже 0,1% доли собственности, я нахожусь под уголовным расследованием».