Дивный новый мир. Пришла эпоха войн за сферы влияния

После грузинских событий мир начал возвращаться к эпохе чистой геополитики, когда у каждой крупной и влиятельной державы есть своя, очерченная, зона влияния, а на остальной части Земного шара ведется борьба за расширение этих зон. Мир становится многополярным.

Классическая геополитика предусматривает, что мощь государства определяется его географией и ресурсами. То есть, имеет изначальное значение. Согласно этой незамысловатой мысли, всякое крупное государство есть империя. Однако в мире есть Канада, Бразилия или Индия, которые не стремятся к имперскому господству. Некоторые крупные азиатские страны – суть многонациональные и многоязычные империи, как те же Индия или Индонезия. Им бы со своими внутренними проблемами управится, куда еще создавать круг внешнего влияния?

Работает ли сейчас простая идея классической геополитики, основываясь лишь на опыте США, СССР (а теперь – России) или Китая? Не все так однозначно. Первыми к реформированию практики мировой геополитики руку приложили как раз Соединенные Штаты, сделав в 1990-е ставку на коллективную безопасность Запада и защиту «золотого миллиарда» от всего прочего человечества. Уже в самом этом принципе – Запад против всех – заключался кризис классической геополитической системы. Потому что у Запада есть минимум два полюса – США и объединенная Европа, плюс к Западному миру по давней практике примыкает Япония, что делает Запад не таким уж западом. Гораздо понятнее в этом плане звучит «золотой миллиард».

Теперь уже этот «миллиард» вкупе собирал вокруг себя сателлитов и вассалов, желающих постоять рядом с обильным столом самых богатых наций человечества. В очереди стояла тогда и Россия. Казалось, что новый мир сформирован, и теперь есть Запад с его демократическими ценностями и готовностью продвигать их с помощью оружия, и все остальные, «кого это касается». Такова была эпоха Клинтона, и единогласная поддержка Европой бомбежек Сербии, казалось, только подтверждает новый мировой порядок.

Однако уже Буш, с его ковбойским консерватизмом и желанием иракской вендетты, ситуацию поменял. Америка не должна зависеть от кого-либо и обязана опираться на собственные силы – утверждал новый президент США. Одностронее начало войны в Ираке и снятие заперта на добычу нефти на американском шельфе, в этом плане – звенья одной цепи. Америка, оставаясь в роли лидера Западного мира, и по-прежнему претендуя на должность лидера человечества, тем не менее, снова вернулась к канонам, более близким классической геополитической формуле. Опора на себя – вот ее главный лозунг. Ведя себя таким образом, США дали позволение остальным потенциальным сверхдержавам вести себя так же. В первую очередь, это касается Китая и России.

Оставим в стороне «китайский вопрос». Нас больше интересует «новый старый» гегемон – Россия. Та, которой она стала после победной грузинской кампании. Парадокс нынешней ситуации с восстановление геополитической мощи России в том, что она вынуждена действовать в мире, в котором существует более чем разветвленная сфера интересов Соединенных Штатов. За 20 лет после победы в холодной войне США сделали зоной своего влияния и Балканы, и Грузию, и Прибалтику, чрезвычайно сузив тем самым России почву для маневра. И потому Москве приходится применять самые разнообразные меры (и «последним доводом царей» становятся теперь меры военные), дабы восстанавливать свой контроль над постсоветским пространством – самой легкой по достижимости, и самой очевидной зоне ее влияния. Прибалтика, ставшая частью НАТО, для России потеряна – но упустить Закавказье Москва не могла себе позволить. Мало того – пощечина Грузии была естественной пощечиной Америке и громкой заявкой США на понятном для Штатов языке: «Парни, хватит грести под себя. Нужно делиться» Здесь – мы хозяева!». Россия четко обозначила зону своего восстанавливаемого влияния. И США почти готовы отдать ей эту зону (куда входит и Украина), окружив ее частоколом из систем ПРО. К тому же, существование на этой территории грузинского и украинск