Виталий Маринуца: «Молдова вправе продавать оружие»

- Почему надо было продавать это вооружение из активов Национальной армии?

- Молдова – субъект международного права и член ООН. Как независимое государство, она вправе заниматься всем, что не противоречит международному законодательству и Конституции РМ.

Законная продажа оружия является неотъемлемым правом любого государства. Все страны продают и покупают вооружение и боеприпасы. Убежден, этим правом следует пользоваться, особенно приняв во внимание ряд факторов.

На складах Национальной армии осталось много вооружения – наследство Советской армии. Это оружие не используется в нашей штатной структуре. По сути, это ненужные нам излишки.

На протяжении двадцати лет многое из этих запасов пришло в негодность. Или жизненный цикл боеприпасов и оружия истек, или оно не применяется и не нужно армии по современной системе штатной организации наших вооруженных сил.

В 1992 году Вооруженные силы РМ насчитывали более 10 тыс. человек. Сегодня у нас не больше 6,5 тыс. Некоторые части были расформированы, их оружие - без надобности.

И последнее: такие боеприпасы, как снаряды и ракеты, по истечении их жизненного цикла являются угрозой для военнослужащих и живущего близ складов населения.

- Продажа – единственный вариант решения проблемы?

- Нет, есть три варианта. Можно протестировать боезаряды и вооружение и решить, использовать дальше или хранить. Но для тестов нужна лаборатория, которой у нас нет. Можно договориться о проверках на Украине или в Румынии, но это дорого.

Второй путь – уничтожение этих запасов, но это тоже очень дорого. Хотя надо отметить, что Национальная армия ежегодно проводит уничтожение определенного количества боеприпасов. В этом нам помогают различные международные организации.

Остается последнее – продать тем, кто может купить и потом протестировать за свой счет. Разумеется, сделка является политическим решением и не должна противоречить международному законодательству.

- И, надо полагать, такое политическое решение у нас есть?

- Конечно, это принятый парламентом еще в 2001 году список видов ненужного вооружения и товаров военного назначения. Перечень довольно длинный.

Если бы все это было продано 11 лет назад, то бюджет заработал бы больше, чем сейчас. Тогда и цены, и состояние вооружения были лучше.

Все это время приходилось охранять эти излишки вооружений. В то же время их не консервировали, но и не продали почти ничего. Ушли только противовоздушные ракетные комплексы «Игла» класса «земля - воздух». Это эффективное оружие с большим сроком хранения. Я бы эти комплексы как раз и не продавал, так как в системе противовоздушной обороны они могли очень пригодиться.

Также продано было несколько десятков авиабомб. А остальное так и осталось ржаветь на складах.

Или, например, МиГи-29. Отличные самолеты, но очень дорогие в эксплуатации. Когда в 1997 году продавали эти самолеты, шесть оставшихся машин только вернулись с капремонта. Продав и их тогда, государство могло крупно заработать. Но уже 15 лет эти самолеты стоят на рулежке без обслуживания. Сейчас они сами уже и не взлетят, снова надо деньги вкладывать. Разве это правильный подход к этой проблеме?

- А какой подход правильный?

- Меня могут обвинять в продаже оружия, но продает его Молдова. Конечно, пока мы его не продавали, мы были на хорошем счету в международном сообществе, а все другие страны успешно зарабатывали на легальной торговле оружием.

При нашем тяжелом финансово-экономическом положении этот оставшийся хлам не нужен. К тому же собственную армию надо перевооружать, а у нас нет ничего новее запасов 1992 года. И жизненный цикл этого вооружения истекает.

В сильную и эффективную армию надо вкладывать. Обратные финансовые дивиденды поступают только, когда ее приходиться использовать. Но это не дай Бог!

При нынешнем бюджете Минобороны вооруженные силы неэффективно содержать. Учитывая все это, я и одобрил начало переговоров по продаже вооружения.

Обидно до слез, что у некоторых политических деятелей нет государственнического подхода к этому делу. Заботиться надо не об имидже политической партии или своем личном. Надо заботиться о структуре, которой руководишь, находясь на госдолжности.

В прессе и в парламенте эту сделку принялись обсуждать, даже не выяснив подробностей. Это навредило стране. Все сделки подобного рода, хоть и скрыты от общественности, контролируются госструктурами.

СИБ знал об этой транзакции, и две государственные межведомственные комиссии: по продаже вооружения и по импорту и экспорту стратегических материалов. Все, кто по закону должен был знать о контракте – знал. А власть просто клюнула на провокацию определенных политических кругов.

- Остается открытым вопрос, знал ли о сделке премьер-министр?

- Процедура продажи вооружения по соответствующему регламенту 1999 года соблюдена. Все, кто должен был знать, - знали.

- Продажа вооружения Армении отрицательно сказалась на наших отношениях с Азербайджаном. Как принималось решение о продаже оружия именно этой стране?

- Сертификат конечного пользователя – основополагающий элемент любой сделки. При принятии решения о продаже мы учли комплекс факторов. Решающий - чтобы конечный пользователь не находился под санкциями ООН и других международных организаций.

Основываясь на этом, комиссии по продаже вооружения и по импорту и экспорту стратегических материалов приняли решение о продаже. А в состав этих комиссий вошли представители всех органов власти. К тому же большая часть проданного вооружения предназначалась вовсе не Армении.

- А какие еще страны в перечне покупателей?

- Это не разглашается, согласно оговоренной контрактом тайне сделки. Я не раскрыл ни одного конечного пользователя и не назову, пока есть контракт. Мы должны оставаться добропорядочными партнерами. А когда все закончится, я смогу рассказать и о других нюансах этой транзакции. Скажу только, что всего было два контракта с двумя конечными пользователями.

Сделка была очень выгодна экономически Молдове. Но если из-за поднятой шумихи контракт не будет исполнен до конца, наша страна вынуждена будет вернуть уплаченные уже денежные средства. А все это оружие останется ржаветь. Придется нам еще и деньги искать, чтобы порезать его на металлолом или уничтожить.

- В каком состоянии находится этот контракт сейчас?

- Мы приостановили его исполнение, пока не выскажется Генпрокуратура. До этих пор я отказался от его продолжения, потому что не хочу распространения различных домыслов.

Сейчас мы еще и меняем регламент продажи оружия. Правительство уже одобрило этот проект документа и направило его в парламент. Согласно новому регламенту, все сделки по продаже оружия будут проводиться только с разрешения правительства.

Это неправильно, на мой взгляд. Есть соответствующие комиссии, состоящие из экспертов, которые должны этим заниматься. Но, с другой стороны, такой подход снимает долю ответственности с участников переговоров по контрактам.

Для руководителей ведомств это безопаснее, но сам процесс продажи будет сложнее и дольше. Хотя прозрачности станет больше.