ВАСИЛИЙ ДОХОТАРУ: «МНЕ НРАВЯТСЯ ПЕРЕСТРАДАВШИЕ ЖЕНЩИНЫ»

Один из этажей кишиневского культурного комплекса «Джинта Латинэ» уже давно превращен в очаровательный уголок Франции с удивительно красивым интерьером с зеркальным потолком, уютными коридором-галереей и залом для презентаций. Именно здесь расположен офис Французского альянса, чьей программой деятельности в Молдове является культурная экспансия в нашу страну. На днях в этом офисе открылась выставка 52-летнего молдавского живописца Василия Дохотару, члена международной ассоциации художников ЮНЕСКО (что гарантирует свободный пропуск в музеи мира), а также члена союзов художников Молдовы и Румынии. Василий представляет собой типичную богему: седая грива до плеч, взгляд «в никуда» и особое, неповторимое видение мира, доказанное собственным творчеством. ПОД БАШМАКОМ У ТЕРПСИХОРЫ
Его картины салонны, чуть сонливо-цветомузыкальны и очень пленительны. Краски, линии, формы наплывают, закручивают зрителя в некое веретено и переносят во французский декаданс. Знаменита серия, посвященная балету. Лебединые шеи, пятна лиц, пышные балетные пачки. Девичьи тела, напоминающие букетики цветов, и цветы, в которых угадываются женские формы. Длиннющие стреловидные ноги, тонкие, в изломе, руки, асимметрия, и во всей этой мешанине – сияние красоты. Балет – его страсть и топливо для творческой печки. А вот сказочно-прекрасные деревенские пейзажи, в основном староорхейские. Домик в Бутученах, карамельно-леденцовый, хрупкий, но такой вечный, изъят им из прапамяти. В таком хочется жить долго, без смерти, без тления. На презентации выставки много добрых слов о художнике сказали председатель Союза художников Молдовы Анатолий Рурак, знаменитый живописец Георгий Врабие и руководитель Французского альянса месье Оливье Жако.
УЧЕБНЫЕ НОГИ
- Василий, в Театре оперы и балета вы свой человек. А в штат войти вам не предлагали?

- В живописи нам далеко до уровня балета, который достиг совершенства в русской среде. Я часами отсиживал на репетициях, делал наброски. Поначалу балерины капризничали, высказывали замечания: тут талию сделай поуже, а здесь ноги слишком толстые. Все это стало моими учебниками. Я усыпал пол в гримерке своими рисунками, знал девочек по именам. Ко мне привыкли, не стеснялись. Последние балерины у меня уже символы – пчелки (невероятное трудолюбие), ласточки (летуньи).

- Возможно, в прошлой жизни вы были танцовщиком или хореографом?

- Да, это связано с глубинной памятью. Когда мой педагог, профессор Одесского художественного института Злачевский, он же художник-постановщик тамошнего театра оперы и балета, впервые привел наш курс на балетный спектакль, меня как будто в сердце что-то ударило.

- Ваша живопись напоминает мелодию. Как вообще это возможно?

- У Врубеля не было магнитофона, но музыка звучала в нем самом. Его «Демон поверженный» - потрясающе музыкальная вещь. Как он творил: бутылку вина внутрь, кисть в руки – и давай распевать оперные арии. Я тоже слушаю мою любимую органную музыку: Генделя, Моцарта, Баха, Вивальди. Очень хорошо пишется.

ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ ДВОР

- Внешне вы – очень спокойный, немного флегматичный и вполне счастливый человек. Это так или в тихом омуте что-то водится?

- Я на самом деле счастлив. Поездил по миру, много чего повидал, потому что художнику очень нужны впечатления. Моя семья радуется моим вернисажам. Многое дал мне наш двор, интернациональный и разноязыкий, за Чуфлей. Мы всегда жили душа в душу: молдаване, болгары, гагаузы, грузины и украинка. Сообща праздники встречали и вовсю радовались жизни.

- О вас никак не скажешь, что вы женский угодник, но портреты ваши в основном женские. Где берете столько натуры?

- Да где угодно. Просто уговариваю прогуливающихся прекрасных дам попозировать. Мужчины-материалисты требуют платы. Правильно, они ведь добытчики, женщины бескорестней. Я не написал ни одной манекенщицы. Меня волнуют только женщины влюбленные, перестрадавшие, или