Валериу Лазэр: если мы платим европейскую цену за газ, то и подход к переговорам должен быть европейским

Москва и Кишинев собрались решить проблему газового долга Приднестровья, который перевалил за $2,5 млрд. Вице-премьер, министр экономики Молдавии ВАЛЕРИУ ЛАЗЭР рассказал корреспонденту "Ъ" ВЛАДИМИРУ СОЛОВЬЕВУ о придуманной схеме, а также о том, почему его страна не рвется в Таможенный союз.

— Существует долг непризнанной Приднестровской Молдавской Республики (ПМР) за российский газ, который перевалил за $2,5 млрд. Молдавия считает Приднестровье частью своей территории, а долг этот Молдавия считает своим?

— Хотим мы этого или нет, это наш долг. Но тут следует внести ясность — это не долг государства. Закупками газа у нас ведает национальный оператор — АО "Молдовагаз" (50% акций принадлежит "Газпрому", 35,33% — Республике Молдова, 13,44% принадлежат Приднестровью, еще 1,23% находится у физических лиц.— "Ъ"). Так что приднестровский долг — это долг одного предприятия перед другим. А еще точнее — долг "Газпрома" самому себе. Приднестровье вообще за газ не рассчитывается, и его долг перекладывается на "Молдовагаз". Когда я говорил, что мы выходим на формулу разрешения долговой проблемы, я как раз об этих долгах говорил. С молдавским долгом (около $300 млн) проще. Можно осуществить какую-нибудь конвертацию с активами и выйти на ноль. А вот с приднестровскими миллиардами сложнее.

Но принципиально то, что существует четкая позиция молдавской стороны и четкая позиция "Газпрома" — есть принципиальное решение о разделении газовых активов (между Молдавией и Приднестровьем.— "Ъ"). То есть следует привести в юридическое соответствие то, что существует де-факто. Де-факто ведь газовые активы уже разделены.

Прежнее руководство Молдовы на это не соглашалось. Но это не решало проблему и ставило под угрозу устойчивость работы всей системы под грузом этих двух с лишним миллиардов долларов. Кстати, важный нюанс — чуть больше миллиарда из этих денег долг не перед "Газпромом", а перед ООО "Факторинг-Финанс" (ранее российская монополия переуступила этой компании право требования долга с ПМР). И эта компания в любой момент может сказать: ребята, а заплатите-ка нам наш миллиард. Это проблема и для нас, и для "Газпрома". Поэтому решено пойти на разделение активов.

— Между кем и кем?

— Между Молдовой и приднестровским регионом. То есть газовые активы "Молдовагаза" на левом берегу Днестра, которые де-юре числятся на балансе АО вместе со шлейфом долгов, но де-факто находятся на территории Приднестровья, будут разделены. Существующий там "Тираспольтрансгаз" просто уже на себя оформит эти активы.

— А в Тирасполе с этим согласны?

— Со слов наших партнеров из "Газпрома" — да, потому что они согласовали с Тирасполем этот принцип. А дальше уже начинается внутренняя кухня. "Газпрому" придется отдельно разбираться с приднестровскими газовыми активами, и как они будут это делать, честно говоря, мне пока непонятно. Может, будет какой-то обмен, не знаю.

— То есть с долгом Приднестровья за газ будет разбираться "Газпром" напрямую?

— Получается так. Принципиальный подход в этом заключается. Мы уже разрабатываем конкретный план реорганизации, и этот процесс близится к концу.

— Когда все будет разделено?

— Надеюсь, что в этом году мы уже выйдем на конкретный график. На все может уйти несколько лет. Но главное — видеть конечную цель.

— Молдавия платит России $295 за тысячу кубометров газа. Эта цена устраивает Кишинев? Вы не пытались договориться с Москвой о дисконте?

— Не скажу, что эта цена вызывает у нас на лицах счастливые улыбки. Но концептуально мы менять ничего не собираемся. Молдавские потребители вот этот психологический барьер уже переступили. Мы вышли на общеевропейский уровень и дальше будем на этой волне. Самое тяжелое время, я думаю, позади. Но скажу вам откровенно, что мы как страна, являющаяся членом европейского энергетического сообщества, внимательно следим за переговорами по энергетике между РФ и ЕС. За спорами по поводу Третьего энергетического пакета — это нас тоже касается. Я бы хотел, чтобы полит