Валерий Жереги: «Сценарий моего фильма допишут сами зрители»

«Любовь ребенка к матери вызвала у меня сочувствие»

- Валерий, почему ты решил снимать фильм о наших гастарбайтерах в Италии? Неужели не боялся обвинений в коньюктурщине?
- Это фильм о любви детей к своей матери. Год назад мне рассказали про короткую статейку в молдавской газете о детях из села, о мальчике и девочке, чья мать работает в Италии, которые живут одни и на Пасху сами для себя испекли кулич. Меня это так тронуло и взволновало, что я тут же увидел их жизнь с утра до ночи, увидел их двоих, готовящих, а затем делящих кулич. Хотелось исследовать любовь ребенка к своей матери, которой долгое время нет рядом. Подумал: «Двух любящих существ нет рядом друг с другом. А что, если удлинится время их расставания и расстояние между ними? Сегодня это еще только драма, а завтра она приведет к трагедии. Ребенок вырастет асоциальным, замкнутым, пойдет в криминал...» Поэтому и решил рассказать о цене этой любви ребенка к матери средствами художественного кино... Но, как оказалось, у меня такая любовь вызвала сочувствие и это встревожило меня. Как же так, думаю, именно сочувствие? Для меня это было совершенно новое ощущение, которое не хотелось принимать.
Все действие показано глазами иностранца, итальянца, приехавшего на несколько дней в Молдову. Здесь он и знакомится с двумя малолетними детьми, чья мать долгое время трудится в Италии. Вот этот так называемый «второй сюжет» и продиктовал всю стилистику картины, я интуитивно нашел тот единственный метод, который был нужен фильму - стилистика фильма должна была быть максимально приближенной к жизни, с достоверным пребыванием в гуще реальной жизни, черно-белая. До сих пор некоторые зрители называют этот фильм документальным. Меня это не беспокоит. Когда фильм реалистичен и трогает за душу, и бьется сердце из-за него – это мастерство создателей фильма.
- А где нашел актера на главную роль?
- В Старом Орхее, в селе Бутучены. Я сразу решил, что снимать буду именно там. Чем не Италия? Все продиктовал сам фильм. Для ребенка мама и Италия одно целое, синонимы... Мы пошли в сельскую школу и нашли 7-летнего Ионела Бабенко и его пятилетнюю сестру Михаелу. Что интересно, эти детишки — из вполне благополучной крестьянской семьи. Родители работают дома, малыши в окружении бабушек, есть свое крепкое хозяйство, виноградник, корова, лошади...
Приходилось ребенка ставить в такие условия, чтобы он неосознанно ощущал то, что испытывают его сверстники, лишенные родительской любви и ласки. Оттого что Ионел чувственный ребенок, и мне и ему это давалось нетрудно. Но я и моя съемочная группа с самого начала верили, что переживания и страдания этого маленького персонажа пробудят у сочувствующих ноту оптимизма - несмотря ни на что, этот народ выживет. Хочется верить, что наш народ вернется в собственную страну. Мальчик, лишенный мамы, уехавшей на заработки в далекую страну, умеющий в своем малом возрасте преодолевать житейские трудности, содержать хозяйство и дом, заботится о своей младшей сестренке, чувствовать красоту— герой нашего времени. Это очень оптимистичная картина!

ВАТИКАН (слева направо) Михай Дэнилэ, Анна Бардук, Валериу Жереги

«Сценарий допишут сами зрители»

- Ты показал «Arrivederci» в Европарламенте перед тамошними депутатами...
- Сначала я отвез картину на XI Евразийский телефорум в Москву, где она получила Гран-при. Изначально я должен был «жюрить» на этом кинофестивале, но мне сказали: «С такой картиной надо участвовать, а не сидеть в кресле жюри!» Затем европарламентарии пригласили картину для просмотра и обсуждения этой больной для многих стран проблемы. После показа были аплодисменты и слезы. Во время обсуждения парламентарии говорили: «Молдова — первая страна, которая открыто и интеллектуально подняла сложную и актуальную для многих европейцев проблему брошенных детей средствами художественного кино - правдивого, эмоционального и чувственного».
И в более развитых странах тоже сталкиваются с этой проблемой. Все рядом происходит. Нелегальные эмигранты занимают чужие раб