В республике сохранились остатки древних лесов времен Штефана чел Маре

Людей всегда поражали величественные деревья. Необъяснимое трепетное отношение к могучим дубам, статным букам, воздушным кленам и многим другим представителям древесного царства в крови у каждого любителя природы. Дело тут далеко не в прагматичности человека ― дескать, большие деревья дают тень, и оттого подсознательно нам приятно находиться возле них. В этой любви есть что-то необъяснимое, сверхъестественное, почти религиозное. Подумать только ― плоды вот с этой морщинистой груши срывала твоя прабабушка, а под тем старым кленом на опушке леса отдыхал после сенокоса пра-прадед. Так что на вопрос, почему нужно брать некоторые деревья под особую охрану, ответить сложно.

«Приятели» Штефана

Исследование, о котором было сказано выше, провел заведующий лабораторией геоботаники и лесоведения при Ботаническом саде Молдовы доктор наук Георгий Постолаке. Он лично посетил каждое из 433 деревьев, расположенных в 158 местах по всей стране, изучил их состояние, классифицировал и определил точные географические координаты. Подобную работу никто до него за всю историю независимой Молдовы не проделывал. В 1998 году был принят Закон о фонде природных территорий, охраняемых государством, который закрепил юридически особый статус этих деревьев, однако, по словам ученого, с тех пор ни одно новое растение под охрану взято не было.

― Во многих странах куда больше охраняемых деревьев, чем у нас. Например, в Великобритании и Германии есть даже общественные организации, которые только этим вопросом и занимаются, ― сказал Георгий Постолаке. ― В Молдове сохранению особенных деревьев, к сожалению, уделяется очень мало внимания.

Большинство охраняемых деревьев (370 экземпляров) достигли столетнего возраста, однако не все они попали под защиту, исходя из их долголетия. Кроме возраста брали во внимание такие критерии, как редкость, выдающиеся размеры и красоту.

Охраняемые деревья составляют 29 видов как характерных для нашей территории (дуб, бук, ясень, груша, клен, белый и серый тополь, липа, вяз), так и интродуцированных, таких как фундук, различные виды сосен и елей, конский каштан, калифорнийский кедр, платан, софора, маклюра и другие.

Большую часть деревьев-памятников составляет дуб черешчатый ― 250 экземпляров. Есть одна народная особенность: в Молдове вы отыщите несколько дубов Штефана чел Маре. Местные жители расскажут вам, что под одним господарь княжества Молдавского якобы прилег отдохнуть после битвы, другой посадили в честь дня его рождения, третий ― в честь очередной победы над турками. Подтверждений тому ни про один из них не существует. Впрочем, это не так уж и важно. Дуб Штефана чел Маре рос до недавнего времени в лесу возле Скорен, да высох. Еще один, самый известный дуб этого же господаря-супермена в селе Кобыля Шолданештского района, к счастью, жив. Как гласит легенда, под его сенью Штефан Великий отдыхал после битвы. Так ли это ― неизвестно, однако дерево является своеобразным молдавским рекордсменом по нескольким позициям.

Во-первых, ему 700 лет, но стоит заметить, что возраст «дедушки» определен весьма ориентировочно. По словам Георгия Постолаке, при изучении деревьев установление точного возраста не было принципиальной задачей, так как для этого необходимо брать образец ствола, что сопряжено с травмированием растения и может привести к болезням. Дуб из Кобыли не только самый старый, но еще и с самым мощным стволом. Его диаметр достигает 244 сантиметров, а окружность ― 766 сантиметров. Чтобы полностью обхватить дерево, потребуются четыре взрослых человека и один маленький ребенок. Кроме того, у дуба Штефана одна из самых больших крон ― 1000 квадратных метров.

Возле села Пырыта Дубоссарского района растет еще один дуб, немногим уступающий богатырю из Кобыли по толщине ствола: его диаметр ― 214 сантиметров, а возраст ― около 400 лет. Должно быть, когда-то эти два долгожителя давали больше тени, чем сейчас, но со временем стали менее раскидистыми в угоду мощи и кряжистости. В Кишиневе в районе Скинос растет самый статный из охраняемых дубов: его крона превосходит кроны всех его собратьев (диаметр ― 32 метра и площадь ― 1024 квадратных метра), при том что у 400-летнего гиганта, кстати, не имеющего проблем со здоровьем, ствол не выделяется особыми размерами. Предположительно здесь некогда существовал большой лес. Его вырубили, и теперь только этот дуб величаво стыдит людей за уничтожение своих собратьев. 400-летние дубы―памятники природы с огромными кронами растут и возле города Леова, села Болдурешты, в Липканах и возле Джурджулешт.

Взяты под охрану также некоторые редкие виды. Например, единственный экземпляр дикорастущей рябины домашней растет на окраине Ниспоренского кладбища. Этот вид внесен в Красную книгу Молдовы. Из интродуцированных пород памятниками природы являются две маклюры оранжевые и четыре калифорнийских кедра, растущих в Кишиневе. Единственное дерево сосны мягкой наполняет хвойным ароматом детский лагерь «Солнечная полянка» возле города Дрокия.

Человеческий фактор

Только 61 дерево признано здоровым. Так, у дома №81 по кишиневской улице Матеевича растет клен, впечатляющий своими размерами и живописностью. Однако не всем деревьям повезло так же, как этому красавцу. Большинство особенных деревьев страдают от различных заболеваний и паразитов. Некоторые угнетены кронами соседних деревьев, как, например, бук на территории музея этнографии в Кишиневе, подле которого растет ясень. В Окницком лесничестве насаждения ели приводят к постепенному усыханию двух замечательных дубов. Многие деревья сильно страдают от антропогенных факторов: кроны некоторых деформированы строениями. Кроме того, у 11 растений удалены некоторые ветви, что отрицательно сказалось не только на жизнеспособности деревьев, но и на их декоративности. Например, почти половина кроны дуба у дома №9 на столичной улице Петрарией исчезла в результате массовой рубки ветвей. Чаще всего люди срезают нижние ветви. Ботаники отмечают, что их удаление негативно сказывается на растении, так как места срезов легче повреждаются болезнями. Стволы всех четырех деревьев груши, взятых под охрану государства, имеют большие дупла. Дупло для дерева ― это фактор риска. В Дурлештах растет старая груша, в стволе которой образовалась огромная полость высотой два метра и диаметром 80 сантиметров.

Выдающимся своими размерами, редкостью или красотой деревьям присвоен статус памятников природы, однако под охрану взяты далеко не все растения. Исследованием была выявлена закономерность: основная часть охраняемых деревьев расположена не в лесу, а привязана к населенным пунктам или же находится в парковых зонах. Это связано, во-первых, с тем, что именно здесь одиночные экземпляры большинства пород способны достичь большей величины и возраста, нежели в окружении других конкурирующих за место под солнцем растений. Во-вторых, привязанность отдельного дерева к жилью человека создает лучшие условия для его защиты. Некоторые экземпляры являются последними остатками древних лесов.

Время возвращать

В кодрах сохранилось множество деревьев, поражающих своими размерами, красотой и солидным возрастом, но не взятых под охрану государства.

По словам Георгия Постолаке, если то или иное дерево удовлетворяет необходимым критериям, оно может быть в будущем взято под охрану. Существующий список деревьев―памятников природы устарел. Из него нужно, в первую очередь, исключить погибшие растения, их 14, и добавить новые. Кстати, любой из нас может внести свои предложения по этому поводу в Министерство окружающей среды.

Георгий Постолаке подсчитал, что готовыми кандидатами на взятие под охрану являются не менее 30 деревьев. Например, ими по праву могут стать два экземпляра «живого ископаемого» растения гингко, растущие во дворе Дома правительства, и дуб в сквере психиатрической больницы в поселке Кодру.

― Настало время, когда люди переоценивают старые взгляды по отношению к природе, ― говорит Георгий Постолаке. ― Раньше наше общество руководствовалось принципом, выраженным в знаменитой цитате русского селекционера Ивана Мичурина: «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее — наша задача». Брать у природы мы научились хорошо, а вот сохранять ее и думать о последствиях от нашего воздействия на нее ― пока еще нет.

Станислав Лужанский