Три года министра культуры

– Я знаю, что министерство готовит многолетнюю стратегию развития культуры в Молдовы. В чем ее особенности?

– Да, до конца февраля 2013-го мы окончательно утвердим стратегию действий нашего ведомства до 2020 года. Во-первых, это серьезный анализ ситуации в каждой области. У нас есть сферы, в которых невозможно коммерческое партнерство и нужна только помощь со стороны государства. Я имею в виду образование, музеи, библиотеки. Но есть и культурная индустрия. Это касается домов культуры, и это новая программа по театрально-концертным организациям. То есть финансирование будет зависеть от стоимости билетов, которая различна в филармонии и в Национальном дворце, на коммерческих и некоммерческих мероприятиях.

– Словом, будет план действий на семь ближайших лет. На каком уровне находится Закон о культуре в Молдове?

– Он уже готов, представлен в парламент и постепенно проходит все комиссии для окончательного утверждения. Это абсолютно новое видение, и самое главное для нас сейчас – определиться с приоритетами в культуре и искусстве. Пока мы не поймем, что такое культура в условиях рыночной экономики, мы ничего не добьемся…

– А в чем конкретно проблема?

– В изменении системы администрирования. Любая отрасль, и культура не исключение, требует изменений в системе менеджмента. Мы отстали в этом смысле на 20 лет, и только сейчас осознаем, что делаем шаг вперед и два назад. Мечемся-мечемся, но пора понять, что в старой системе управления нет никакой энергетики и не стоит на нее оглядываться как на основной принцип действий. Когда ты не создаешь новую систему, то старая становится мертвой…

– Я сама работаю в оперном  театре и слышу разные мнения. Кто-то обвиняет Министерство культуры, другие утверждают, что от дирекции театра зависит повышение зарплаты…

– Руководство театров имеет право  регулировать зарплату в виде премий и доплат согласно внутреннему регламенту, опирающемуся на данную заработную структуру. Тем более что театры находятся сейчас на самофинансировании с элементами бюджетных вливаний.

–  Каковы же размеры госдотаций?

– До 80% национальным театрам и до 60% остальным.

– Руководство Национальной оперы, например, утверждает, что театр получает всего 50%  от государства…

– Так все зависит от реалистичности затрат. Понятно, что хочется и надо больше средств, но что есть, то есть – необходимо исходить из реальных возможностей. Зарплаты у нас действительно низкие, и я вполне понимаю и принимаю претензии театров, тем более что сам долгое время возглавлял театр «Лучафэрул» и все сложности познал на собственном опыте.

– В Молдове есть оперный театр, филармония, Органный зал... Это ценные структуры, требующие большой помощи от государства. Но бюджет таков, какой он есть, и не более. Что делать?

– Надо находить  партнеров. Кому-то поможет муниципалитет, кто-то может получить помощь из Фонда по проектам. Кто-то самостоятельно находит спонсоров. Способов партнерства масса, их надо разрабатывать и законодательно утверждать.

– Два года назад в интервью «Панораме» вы говорили о переработке нескольких законодательных положений...

– Да, мы доработали Закон о нематериальном наследии, уже есть Закон об общественных памятниках и Закон о сохранении археологического наследия, на основе которого работает уже отдельное агентство. Мы внесли изменения в Закон об издательстве.

– Как решается проблема с продажей кинотеатров?

– Кинотеатры Молдовы находились в системе акционерного общества при Министерстве культуры. В Кишиневе они уже все частные, кроме «Одеона», который принадлежит «Молдова-филм». В районах эта проблема еще решается, но мы не в состоянии их содержать. Поэтому они переведены под юрисдикцию Агентства государственной собственности  при Министерстве экономики. Таким образом, они либо отдаются на реабилитацию местным властям, либо продаются. Чтобы можно было их инвестировать и дальше развивать. Несколько кинотеатров уже продано. Два здания отданы местным властям, пусть ремонтируют, потому что у них под это разработаны проекты. И не важно, частные они или государственные – главное, чтобы кинотеатры выполняли свои функции.

– Как обстоят дела со зданием цирка?

– Сейчас с Министерством экономики мы решаем проблему долга в 2,5 млн. леев. Там есть задолженности и по зарплате. Нужно объявить конкурс и искать инвестора, чтобы отремонтировать само здание.

– Каковы творческие планы режиссера Бориса Фокши? Я знаю, что вы разрабатываете новую тему «Адам и Ева», которая вызывает массу споров, в том числе у представителей церкви…

– Я тоже столкнулся с рядом трудностей в процессе подготовки, но я не занимаюсь проблемой противоречий полов. Мне ближе тема любви с точки зрения духовности.

– То есть осмыслением темы мужчины и женщины как двух половинок, составляющих одно целое...

– Адам и Ева – это начало начал, на котором зиждется весь мир, основа культуры и духовности.

– Мне знакома позиция Бориса Фокши, утверждающего, что  любовь движет миром. Но подлинное чувство – редкость. Очень часто отношения полов сводятся к манипуляциям и театру отношений…

– Не зря говорят, что любовь одна, а подделок миллион. Но тут в силу входит закон Апокалипсиса – чтобы не попасть впросак, надо быть самому искренним и доверять своей интуиции и внутреннему взгляду. А так можно смотреть и ничего не понять, слушать и ничего не услышать. Любовь  не нужно искать, она сама тебя найдет – кто для тебя что потерял в этом мире? Она приходит  вместе с другим человеком и уже изначальна в судьбе.  Человек рождается с любовью и, если суждено, обязательно ее встретит. Никто не застрахован от ошибок. Любовь  и есть духовность, все остальное – это подарки судьбы.

– Ну и как вы трактуете тандем Адама и Евы?

– Как цепь перевоплощений и формы любви в разных странах и эпохах. Скажем, тантризм неправильно понят, на мой взгляд. Все не так примитивно. Пока мы не поймем, что означает любовь в индийской культуре, мы не разберемся с основами нашей веры.  Люди боятся измен, почему? Если ты боишься измены – значит, ты не любишь. Любовь всегда возвращается. То, что я познал в буддизме, помогает мне понять путь Иисуса. Это не говорит о том, что я изменил христианству. Разные люди, как и разные виды вероисповедания, дополняют друг друга, но не означают полную смену веры.

– А когда планируется постановка?

– Пока все сложно. Мы начали работу, но столкнулись еще с проблемой мультикультуризма, поскольку мы показываем взаимоотношения Адама и Евы и в Древней Индии, и в Вавилоне, и во Франции, и в Румынии… Я хочу доказать, что, независимо от культуры и цивилизации, суть любви, в принципе, одна и та же. И проблема лишь в том, есть она или нет…

– То есть любовь равна сути человека. А кто автор сценария?

– Я, по роману Ливиу Ребряну. Для меня этот автор равен молдавскому варианту Достоевского. Тандем любви – это дух и материя, дух и цивилизация. И все проблемы возникают от разделенности этих понятий –  дух отдельно, цивилизация отдельно. Вначале строим дом, затем, понимаем, зачем он нам нужен.

–  Потому что человеком движет Эго…

– Материя считает, что она превыше, дух полагает, что он основа основ. Истина устанавливается лишь при господстве духа над материей, и никак иначе! Дух первичен, материя вторична!

– Это похоже на главное противоречие современного искусства, когда форма преобладает над содержанием. Важнее внешнее позерство,  но не сам человек…

– Но диалектика побеждает, и все возвращается на круги своя. Это меня успокаивает.

Елена Узун