Тополиный пух мучает кишиневцев

«Тополиные метели» появились в Кишиневе в середине прошлого века. Тополя завоевали столицу тогда, когда началось массовое строительство спальных районов. Поскольку советский стиль застройки предполагал предварительную вырубку всех зеленых насаждений, новые многоквартирные дома поначалу стояли на голых перекопанных пустырях. Для того чтобы хоть как-то облагородить этот лунный ландшафт, и штатные озеленители, и сами жители сажали побольше кустов и деревьев. А тополя, естественно, пользовались большой популярностью: дерево растет быстро, особого ухода не требует, болеет редко, тень дает большую, да и воздух очищает идеально.

Правда, то ли в спешке, то ли по незнанию, город тогда озеленили в основном тополями женского вида, которые через несколько лет и обеспечили Кишиневу ежегодную пуховую напасть. Позже тополь стал побеждать остальные виды и за счет того, что он хорошо приспособлен к городской экологии. Не так просто отыскать растение, готовое существовать в суровых условиях мегаполиса. И если хвойные деревья, к примеру, в кишиневском смоге мучаются и погибают (сейчас в столице не так просто отыскать сосну или лиственницу с живой, а не засохшей верхушкой), то тополям, похоже, автомобильные выхлопы нипочем.

Как минимум в течение недели все дороги и газоны столицы покрыты серо-белой ватой, в воздухе летают вездесущие пушинки, забирающиеся в нос, рот и волосы, тополиные семена проникают даже сквозь плотно закрытые окна и забивают пылесосы. Опухающие и чихающие аллергики на чем свет стоит проклинают тополиную напасть, несмотря на ежегодные уверения врачей в том, что аллергическую реакцию, как правило, вызывает совсем не пух, а пыльца цветущих в это время растений. Пожарные боятся того, что легко загорающийся пух вызовет череду пожаров. Дворники печально смотрят, как только что выметенный двор в считанные минуты покрывается белым налетом. На традиционный вопрос «Куда смотрят власти?!» эти самые власти устало отвечают, что, дескать, «меры принимаются». Но вырубать все кишиневские деревья на корню никто не собирается.

Ксения Морозова