Сегодня весь мир чтит память великого русского поэта, Александра Сергеевича Пушкина

В этот день ровно 169-т лет назад сердце гения биться перестало.”Жизнь кончена” - такими были предсмертные слова поэта. Хотя мы не перестаем убеждаться в том, что творчество Пушкина бессмертно.
169-ть лет назад, 10-го февраля была такая же погода, как сегодня. Александр Сергеевич Пушкин сидел на сугробе и равнодушно смотрел, как готовят площадку к дуэли. Многие специалисты считают, что поэт предчувствовал свою смерть и даже шел ей навстречу. По правде говоря, после смерти Пушкина, нет смысла гадать, почему все случилось так, а не иначе. Гораздо важнее понять в чем заключался смысл жизни поэта.

В году есть два события, связанных с именем великого поэта, которые собирают всех почитателей пушкинского творчества. Это день рождения гения и день его смерти. Сегодня, в день гибели Пушкина, мы чтим его память.

Смерть великого поэта в сознании людей обозначилась, как национальная трагедия. Трагедия – не только для одного народа. Пушкин писал для всех и для каждого, обо всех и о каждом.

Сегодня 180 лет с тех пор, как Пушкин впервые приехал в Молдову, в село Долна. На молдавской земле Пушкина не раз посещала муза. Сочинения поэта всему миру поведали о самобытности и колорите молдавских цыган. Быть может, поэтому для нас творчество Пушкино особо ценно.

В Свято-Георгевской церкви за упокой души поэта отслужили панихиду. Великий поэт был предан своей вере - в широком смысле этого слова. Он верил в правду, в любовь, в Бога. И это не удивительно, вряд ли его талан нельзя наречь божественным. На дуле поэт сражался за свою честь, за честь своей возлюбленной, за правду. И все же, в общем-то, шаг к смертельному выстрелу Пушкин сделал из-за любви. Непонятно, является ли случайным совпадением тот факт, что погиб поэт незадолго до Дня Святого Валентина. Ведь только Александр Пушкин сумел дать такое исчерпывающее определение высокому чувству. И, по сей день, его слова остаются непревзойденным гимном любви:

”Я Вас любил…Любовь еще, быть может, В моей душе угасла несовсем….”