Прокурорам поменяют форму и содержание

Прокуроров хотят переодеть в мантии, разоружить и лишить части полномочий, а генпрокурора назначать указом президента на семь лет. Эти изменения, среди прочего, предусматривает новая концепция реформирования прокуратуры, подготовленная рабочей группой минюста и генпрокуратуры. На ее основе до конца ноября будет разработан законопроект, который затем должен утвердить парламент.

Совместная рабочая группа минюста и генпрокуратуры закончила разработку концепции реформирования системы прокуратуры. Реформа ведомства ожидалась давно и стала насущной необходимостью в последние несколько лет — Евросоюз, интеграция с которым объявлена стратегической целью Молдовы, назвал это одним из условий дальнейшего сближения Кишинева и Брюсселя.

Комплексный документ (есть в распоряжении «Ъ-MD») предусматривает целый ряд изменений — начиная от назначения генпрокурора до различных социальных гарантий прокурорам. Как отмечается в концепции, сейчас в законодательстве отсутствуют четкие формулировки, касающиеся роли и места прокуратуры в системе правоохранительных органов. Кроме того, пишут авторы концепции, ведомство не воспринимается как деполитизированная структура.

Решить обозначенные проблемы, считают разработчики документа, можно, оставив прокуратуру в судебной системе, но обеспечив при этом ее независимость от исполнительной и законодательной власти. Последнего, полагают они, можно достичь, изменив процедуру назначения генпрокурора и снизив политическое вмешательство в работу прокуратуры. «Сотрудничество прокуратуры с властью должно быть сокращено до аспектов назначения генпрокурора, формирования органов самоуправления, презентации периодических или тематических отчетов»,— говорится в документе. 

Одним из ключевых нововведений должно стать изменение процедуры назначения генпрокурора. Сейчас, отмечается в проекте концепции, эта процедура недостаточно регламентирована, что ведет к различным интерпретациям, подозрениям в политизированности ведомства и в конечном счете наносит ущерб имиджу этой структуры. Исправить ситуацию предлагается через назначение генпрокурора указом президента страны по предложению Высшего совета прокуроров (ВСП).

Кандидатура должна быть отобрана в ходе публичного конкурса, в котором могут участвовать прокуроры и другие желающие. Президент же может один раз мотивированно отклонить кандидатуру, но в случае ее повторного выдвижения 2/3 членов ВСП глава государства обязан назначить предложенного кандидата. Авторы концепции также считают, что назначать генпрокурора следует на семь лет без права переизбрания (сейчас он назначается парламентом по предложению спикера на пять лет). Избежать политизации ведомства, по их мнению, помогли бы следующие требования к кандидату в генпрокуроры: он не должен состоять в какой-либо политической партии и заниматься активной политической деятельностью последние пять лет. Процедура увольнения генпрокурора, согласно концепции, должна быть аналогичной процедуре его назначения. В нынешнем законодательстве эти процедуры также совпадают.

Измениться должны и полномочия прокуратуры. Так, ведомство, в случае одобрения концепции реформы, не сможет предъявлять гражданские иски, осуществлять контроль за соблюдением законов в пенитенциарных учреждениях (кроме следственных изоляторов МВД, пока они не перейдут в подчинение минюста) и в Вооруженных силах, а также следить за исполнением судебных решений по уголовным делам.

В то же время, указывают авторы концепции, законодательство республики должно быть изменено таким образом, чтобы позволить прокурорам формулировать гражданские претензии в интересах государства или граждан в рамках уголовного процесса. Но исключается право прокуроров представлять интересы лиц с ограниченными возможностями и граждан из социально уязвимых категорий населения. Переходный период в этом случае составит три года — до тех пор пока в республике не появятся специализированные структуры и институт гарантированной государством юридической помощи.

В концепции отмечается, что нынешняя структура прокуратуры не позволяет ведомству «вести максимально эффективную и качественную деятельность». «В структуре прокуратуры есть специализированные прокуратуры, которые не оправдывают себя из-за отсутствия необходимого объема работ, например, военная и транспортная»,— пишут авторы концепции и предлагают упразднить такие подразделения.

Чтобы генпрокуратура не занималась непосредственным уголовным преследованием, эту функцию предлагается сохранить только за территориальными и специализированными прокуратурами — антикоррупционной прокуратурой и прокуратурой по борьбе с организованной преступностью. Генпрокурор при этом сможет передать какое-либо дело в производство прокурорам из генпрокуратуры. Число прокуроров должно быть установлено парламентом, а вот распределять их по профильным структурам прокурорской системы должен генпрокурор.

В процессе реформы будет упразднена либо прокуратура Кишинева, либо прокуратуры секторов муниципалитета. В концепции нашла воплощение и идея демилитаризации прокуратуры. Как отметили эксперты, военные звания прокуроров присваиваются в зависимости от стажа, что не мотивирует прокуроров к качественной работе. Поэтому воинские звания и форма будут упразднены. Еще одно новшество касается формы — после реформирования прокуроры во время судебных заседаний будут носить не мундиры, а мантии. Также предлагается запретить им ношение оружия и других средств защиты.

Другая проблема нынешней системы прокуратуры состоит в отсутствии объективных и прозрачных критериев при разработке бюджета, неадекватном финансовом управлении в органах прокуратуры. Сейчас бюджет не сопоставляется с объемом работы прокуроров, а основан на устаревших данных о расходах ведомства. Эксперты считают, что средства должны распределяться в зависимости от объема работы, числа прокуроров и сложности дел, находящихся в производстве каждой прокуратуры.

Уровень заработной платы прокуроров, говорится в концепции, также не соответствует стоящим перед ведомством задачам: не способствует привлечению в систему лучших кадров и оставляет пространство для коррупции. Зарплата прокурора в Молдове составляет около €3207 в год, тогда как в Албании, наряду с Молдовой считающейся одной из беднейших стран в Европе, годовой доход прокурора составляет €7250. В России он равен €7201, в Грузии — €8383, а в Армении — €4864.

В этой связи зарплаты прокурорам предлагается повысить (на сколько не уточняется), однако с увеличением окладов будет исключена возможность одновременного получения зарплаты и пенсии. Если прокурор останется в системе по достижении пенсионного возраста, он будет получать только зарплату. Отметим, аналогичное положение минюст разработал и для судей.

Реформа прокуратуры является одной из главных проблем, с которой минюст столкнулся в ходе реализации Стратегии реформы юстиции на 2011-2016 годы, на внедрении которой настаивает ЕС. При прежнем руководителе — Валериу Зубко — генпрокуратура отказывалась сотрудничать с минюстом в деле ее реформирования. С приходом в этом году нового генпрокурора — Корнелиу Гурина сотрудничество наладилось. Была создана совместная рабочая группа, в которую вошли представители минюста и генпрокуратуры, которые разработали концепцию реформирования системы прокуратуры (см. «Ъ-MD» «Минюст на вашу реформу» от 11 июля).

Председатель рабочей группы, глава неправительственной организации «Центр юридических ресурсов» Владислав Грибинча сказал «Ъ-MD», что концепция на днях должна быть опубликована на сайтах минюста и генпрокуратуры, а на конец недели намечено ее публичное обсуждение. После этого в течение 10-15 дней рабочая группа разработает законопроект по изменению законодательства в соответствии с концепцией. «После реформы прокуратура должна стать такой, какой она представлена в концепции. Каким, однако, закон выйдет из парламента — неизвестно, поскольку зачастую депутаты вносят кардинальные изменения в представленный им законопроект»,— отметил господин Грибинча.

Срок принятия законопроекта не установлен, но в минюсте не скрывают, что хотели бы провести долгожданную реформу как можно скорее.