Проблемная тюрьма

Плачевное состояние учреждения, названное недавно министром юстиции «проблемным пенитенциарием», принесло нам на сегодняшний день не менее 13 решений ЕСПЧ по фактам нарушения прав заключенных, а правительство выплатило более 2,7 млн. леев (180 тыс. евро) возмещения ущерба.

Образцовые палаты

Перенаселенные камеры и ужасные санитарно- гигиенические условия, обусловленные и тем, что тюрьма спроектирована еще в прошлом веке, не могут исчезнуть в одночасье, утверждает администрация, которая предпочитает говорить о необходимости строительства нового пенитенциария.

Когда кто-то извне заявляет о намерении посетить пенитенциарий №13, пресс-служба Департамента пенитенциарных учреждений (ДПУ) заботится о том, чтобы гости увидели в первую очередь те несколько камер, которые «в порядке», и места, в которых новая администрация уже провела какие-то ремонтные работы. Помимо этого, на встречу с посетителями приводят заключенных, «не имеющих проблем с администрацией» и готовых в любой момент хвалить условия содержания в тюрьме.  С командой Центра журналистских расследований, посетившей пенитенциарий в начале августа, в один из самых жарких дней 2012 года, поступили точно так же. С той лишь разницей, что благодаря нашей настойчивости мы смогли увидеть и другие реалии тюрьмы.

Как правило, здесь не жалуются на условия и отношение надзирателей только заключенные, которые работают и могут свободно разгуливать по территории тюрьмы. Это дворники, повара, слесари, а из числа женщин – те, кто помогает на кухне, раздает еду или выполняет другую работу во дворе пенитенциария.

Они живут в отдельных комнатах, которые даже не называют камерами. Для женщин здесь имеются два таких помещения. Одно из них похоже на однокомнатную квартиру. Окрашенная в веселые цвета, с раздельным санузлом, мини-кухней, портьерами и коврами, камера обеспечивает заключенным женщинам условия, аналогичные домашним. К тому же в то время, как в остальных камерах электричество было отключено, здесь, неизвестно почему, сделали исключение – без проблем работали телевизор и вентилятор.

– Родственники помогли нам сделать ремонт. Одни принесли краску, другие – кафель. Отец одной девушки, имеющий фирму по производству изделий из дерева, подарил нам дверь для санузла, –  говорит одна из обитательниц камеры, единственная, которую мы застали «дома».
–  Конечно, здесь не как на свободе, но мы не жалуемся, имеем все условия.

Уборная «восточного» типа против европейского санузла

Совсем другая картина в помещении напротив. Нам разрешили войти туда по настоянию Татьяны, девушки-инвалида, которая попала за решетку из-за совершенной кражи. Здесь такое впечатление, что вошел в какой-то захламленный сарай, а не в помещение, в котором живут люди. Бетонный пол, от которого местами отлетают куски, отверстие для туалета отделено от остальной части комнаты занавеской, так что весь запах распространяется по помещению, а двухъярусные кровати, некоторые не занятые, завалены багажом.

Татьяна, хотя ей нет еще и 30 лет, является инвалидом I группы (перелом позвоночника и раздробленные пятки). Поскольку она не может передвигаться на своих ногах и не имеет инвалидной коляски, девушка считает, что состояние ее здоровья ухудшается и жалуется на атрофию мышц. Туалет не адаптирован для ее нужд, и эта женщина вынуждена каждый раз обращаться за помощью к сокамерницам. Ночью, когда отключают свет и в камере становится темно хоть глаз выколи, Татьяна ползком по бетонному полу добирается до туалета. Площадь камеры, в которой содержится она и еще 11 женщин, –  не более 20 квадратных метров. Воздух с густыми облаками табачного дыма, сырой и спертый, просто невозможно дышать.  Сырость и грязь. Даже в полдень в камере полутьма. Маленькое окошко, схваченное решеткой, очень скупо пропускает свет и воздух. На полу расставлены несколько пакетов с продуктами, полученными от родственников. «Нам не разрешается иметь ни холодильник, ни даже электрическую плитку, на которой можно было бы приготовить что-нибудь получше из еды. Мы вынуждены довольствоваться тем, что нам положили в тарелки», –  говорит одна из заключенных.

Комната пыток

В соседней камере, где содержатся 8 человек, такая же духота и затхлый воздух. «Жара невыносимая. Нам разрешается иметь вентиляторы, да только некому их нам принести», –  говорит нам Родика, женщина за 40 лет.  

В уборной «восточного» типа, отделенной от остальной части комнаты занавеской, есть с боку кран, откуда женщины берут воду для личной гигиены, стирки одежды, уборки в камере и др. Здесь же, в уборной, женщины моются. В баню, которую, как утверждает администрация, удалось недавно отремонтировать, заключенных ведут только раз в неделю.

– Не можем спать ночью, жара просто невыносимая, мы бы включили вентилятор, но электричество нам подают только несколько часов в день, – рассказывает другая заключенная.

Администрация тюрьмы признает, что отключает электричество в камерах, но утверждает, что делает это из-за перерасхода электроэнергии, то есть превышения допустимого предела потребления. Таким образом, свет гасят по несколько раз ночью и днем. В жаркие дни, по словам администрации тюрьмы,  разрешено оставлять открытыми маленькие окошки, через которые раздается еда в камеры.

Площадь, которая приходится на долю каждого заключенного, далеко не соответствует установленным нормам в не менее 4 квадратных метров на человека. И ситуацию практически невозможно изменить из-за проекта пенитенциария и большого числа заключенных.  Директор тюрьмы Виталий Мунтяну говорит, что, с одной стороны, он не вправе отказывать в приеме новых заключенных, а с другой –  если принимает, то его обвиняют в перенаселенности камер.

Наказания продолжаются

А между тем Европейский суд по правам человека выносит новые решения, в которых констатирует нарушение прав человека посредством содержания в заключении в унизительных условиях. В 13 из 46 вынесенных решений по фактам нарушения ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека (за исключением дела Илашку) фигурируют условия содержания в заключении в кишиневском пенитенциарии №13. Одно из последних таких решений было вынесено 17 апреля 2012 года. Истец, Василий Кулев из Кишинева, содержался в пенитенциарии №13 в период с 16 августа 2006 года по 20 февраля 2007 года, а также в период с 6 марта 2008 года по 27 декабря 2009 года. «В камере площадью в 20 квадратных метров одновременно содержались 13–20 заключенных; камера была сырой и грязной; летом в ней было невыносимо жарко, а зимой очень холодно», – отмечал Кулев в своей жалобе в ЕСПЧ.  Он писал также, что, несмотря на туберкулез, подвергался пассивному курению, что уборная была в полутора метрах от стола, а доступ в душ обеспечивался всего раз в неделю.

180 тыс евро за условия содержания

В процессах, связанных с пенитенциарием №13, правительство было обязано в общей сложности выплатить истцам возмещение морального ущерба в размере 180 тыс. евро.  Все касаются условий содержания в заключении, а одно, вынесенное в июне 2011-го, –  избиения одного заключенного работниками пенитенциария. Правительство выплатило Никите Ипати 15 тыс. евро возмещения морального ущерба после того, как он обратился в Страсбургский суд с жалобой на избиение за то, что не хотел перебираться в пустую камеру (№121). Описанные факты произошли в 2006 году. Мужчина указал также в своей жалобе, что врач обследовал его только через три недели после побоев, когда его отвели на судебное заседание, хотя он настойчиво требовал от администрации оказания медицинской помощи, поскольку чувствовал себя плохо после нанесенных ударов. Все его жалобы тогдашнему начальнику пенитенциария и в инстанции, уполномоченные расследовать случаи применения пыток и жестокого обращения, были отклонены как необоснованные. Судьи ЕСПЧ единогласно констатировали нарушение ст. 3 (запрещение пыток) Европейской конвенции о защите прав человека.

На вопрос, сколько жалоб на условия содержания поступает от заключенных в администрацию тюрьмы, директор пенитенциария Виталий Мунтяну ответил, что точно не знает. Зато не преминул заметить, что заключенные сами грубят надзирателям, а потом жалуются на их недружественное отношение. То есть директор изначально встал на сторону сотрудников, следовательно, можно предположить, что потенциальные жалобы заключенных почти не имеют  шансов на объективное рассмотрение.

Карцеры еще действуют?

По словам Виталия Мунтяну,  для существенного изменения условий содержания нужно построить новый пенитенциарий. Однако эта перспектива кажется весьма туманной.

– Пенитенциарий №13 – лидер по осуждениям в ЕСПЧ, –  говорит парламентский адвокат Анатолий Мунтяну. – Я направил несколько рекомендаций о прекращении его деятельности в целом и нескольких камер в частности. Но пока получил только заверения, что в скором будущем начнется строительство арестных домов, которые, однако, находятся еще на этапе разработки проекта. Только проект стоит около 3 млн. леев, поэтому сложно представить, когда может начаться их непосредственное строительство.

В феврале 2012 года омбудсмен потребовал от администрации тюрьмы в срочном порядке закрыть камеру №123A в цокольном этаже из-за плачевных условий. Однако руководство пенитенциария даже не думает это делать, ссылаясь на дефицит мест.

В день посещения пенитенциария командой Центра журналистских расследований администрация отказалась провести нас в карцеры, сказав, что они закрыты еще с 2010 года по рекомендации французского сенатора Роберта Бадинтера. В действительности же, как утверждает парламентский адвокат Анатолий Мунтяну, их не закрыли, а только провели косметический ремонт.

Нехватка медпомощи

  На протяжении 2-3 лет в пенитенциарии не было врача-психиатра, и это в условиях, когда очень многие заключенные страдают психическими отклонениями. Последний врач, работавший здесь штатно, уехал на заработки в Италию, а поступившие на работу после него ненадолго задерживались здесь – не выдерживали. Один проработал две недели, а второй отказался от должности на второй же день.

–  В медицинской части много вакантных мест – нет терапевтов, стоматологов и медицинских ассистентов, – рассказывает начальник медицинской службы Еуджен Георгицэ.

Два месяца назад пенитенциарий остался и без фтизиатра, хотя около 40 заключенных болеют туберкулезом. Пациентов консультируют случайные врачи, так сказать, «одолженные», то есть постоянно работающие в других пенитенциариях. «И меня вряд ли застанете здесь в следующем году», –  говорит  Георгицэ. Он утверждает, что Министерство здравоохранения разработало проект и тем самым хочет упразднить специальные условия выхода на пенсию и другие льготы, которыми пользуются врачи, работающие в пенитенциариях. Упразднение указанных преимуществ для врачей, занимающих эти должности, которые и без того не пользуются спросом, лишит их всякой мотивации работать в пенитенциариях, говорит врач.

Затянувшаяся реконструкция

Столичный пенитенциарий №13 располагает площадью, рассчитанной на 650 мест, хотя фактически в нем содержатся около 1200 заключенных. Тюрьма, построенная в 1839-1864 годах без обеспечения антисейсмической безопасности, представляет опасность для общества. Уже много лет эксперты обращают внимание на высокий уровень износа здания, на аварийное состояние систем водоснабжения и канализации.

Первый план реконструкции пенитенциария №13 был разработан еще в 2008 году, во время правления коммунистов.  В ту пору стоимость работ оценивалась примерно в 16 млн. евро. Летом 2012 года дискуссии о переносе пенитенциария №13 возобновились после визита в Молдову управляющего Банком развития Совета Европы (БРСЕ) Рольфа Вензеля. По сообщению Департамента пенитенциарных учреждений, в сентябре и октябре 2012 года ожидается визит в Кишинев группы экспертов банка для разработки технико-экономического обоснования будущего пенитенциария. Это учреждение, рассчитанное на 1600 мест и с условиями содержания, аналогичными европейским, планируется построить за пределами Кишинева.

Виорика Маноле, Наталья Порубина, Центр журналистских расследований