Незаконные дети Шмидта

Против этого протестуют жильцы. А вот когда строительство начинается в парках - застройщикам удаётся тихо и быстро закончить работы. Редкий прохожий, увидевший подобное безобразие, начинает бить тревогу. Ведь стройка, казалось бы, не затрагивает ничьего личного пространства. Люди, как правило, забывают о том, что парки, леса, лесополосы и прочие зелёные принадлежат всем нам. 

Столичные муниципальные советники создали схему выделения участков под застройку в оползневой зоне и вырубают лес, защищающий от оползня.

В районе парка Валя Морилор, на улице примара Карла Шмидта, идут строительные работы. Улицу, которая ранее упиралась в лесополосу, продлили, бесцеремонно проложив дорогу по живым деревьям. Корни торчат из земли, словно руки, протянутые в безмолвном отчаянии. По краям новой «дороги» - огромные выкорчеванные пни, а у строительного вагончика свалена гора дровишек.

С одной стороны продлённой улицы Шмидта строятся новые дома: по два на каждом участке. Все четыре похожи как близнецы, строились по одному проекту. Чуть ниже - каркас многоэтажного дома, возведённого в лесопосадке. «Дорога» упирается в огромную кучу земли, видимо, оставленную ковшом бульдозера.

По другую сторону улочки два новых участка уже готовы под строительство. Имена владельцев известны: один из них – танцор Дмитрий Сочинский, другой – работник управления архитектуры и урбанизации Сергей Гатманюк. Оба проекта выделения участков на скандально известном заседании МСК 5 сентября, по счастью, не набрали нужного числа голосов. Но могут набрать при следующем рассмотрении.

Хорошо налажен бизнес, что видно и по документам, и по скорости, с какой владельцы «оттанцовывают» участки. Вовлечены в сделки работники примэрии и правоохранительных органов. Схема проста: в хорошем месте образуются участки, «нужные» люди приходят в мэрию с просьбой, получают отказ и обращаются в суд. Представители мэрии  на заседания не являются, и суд выносит решение о признании отказа незаконным, присуждая выделить истцу требуемый участок. Естественно, мэрия, занятая более важными делами, «забывает» обжаловать это решение, и оно вступает в законную силу.

Рядовой гражданин в такие короткие сроки никогда не сможет добиться земли для застройки. А вот г-н  Сочинский за  месяц «вытанцевал» участок, как и Гатманюк. На примере улицы Шмидта ясно, что участки вообще не могли быть сформированы, так как к ним не было даже подъезда. Но наших властителей города, так сказать, незаконных «детей» примара Шмидта, это не смутило: вырубили деревья, проложили путь, участки путём продаж-перепродаж были проданы тем же лицам, которые первоначально были их соискателями.

Есть информация, что земля на улице Шмидта выделялась без проведения аукциона или конкурса: по документам она проходила как участки «для нуждающихся». Стоит посмотреть, какие хоромы строят эти «нуждающиеся». Причём дома явно возводятся для перепродажи, а из экономии используется один и тот же проект.

Можно сколько угодно спорить, проходят или нет границы парка в зоне строительства, но невооружённым взглядом видно, что оно ведётся в зелёной зоне. Кроме того, это - оползнеопасная зона, в паре сотен метров - обрыв. В советские времена здесь специально высадили деревья и кустарники, которые корнями удерживают землю.

Статья 13 закона об управлении публичной собственностью и ее разгосударствлении гласит, что к объектам, не подлежащим приватизации, относятся имущество публичной сферы, имущество юридических лиц публичного права, а также: f) земли водного фонда, включая земли под водой, используемые в общественных интересах, лесной фонд, водоохранные лесные полосы и лесные полосы санитарных зон, а также оползнеопасные участки. 

Между тем в интервью одному из телеканалов Ион Карпов, начальник управления архитектуры, градостроительства и земельных отношений, признал, что строительство на улице Шмидта действительно ведётся в опасной зоне: «Наша задача предупредить, а уже делать или не делать, они сами решают».

Но ведь это не пляж, где нас предупреждают не заплывать за буйки. Цена ослушания – жизнь. В данном случае это общественно опасно, и предупреждения не оправдывают преступную халатность работников мэрии и управления архитектуры.

Даже если при строительстве каждый отдельный дом укрепляется, нужно иметь в виду: чем больше строений, тем опаснее строить в зоне. С каждым вырубленным деревом растёт угроза того, что земля вместе с домами и людьми сползёт в обрыв. Каждая новая постройка – угроза всем предыдущим, ведь нагрузка на почву увеличивается. А потом из муниципального бюджета будут выбиваться компенсации пострадавшим.

Самое страшное - никто не собирается останавливаться, не за горами формирование новых участков, появление новых домов. Это слишком прибыльный бизнес, чтобы алчных могли остановить мысли об опасности, да найдутся и другие, которым просто «нельзя отказать».

Вопрос уже не в том, отдавать участки за гроши или продавать с аукциона. Здесь вообще нельзя строить. Закон об управлении публичной собственностью  чётко говорит: НЕЛЬЗЯ. Да и здравый смысл подсказывает - опасно вырубать деревья и строить в оползневых зонах.  

А если советникам всё равно, откуда деньги, почему бы им не продавать пропуска для перехода на красный свет или разрешения вести высотные работы без страховки?

Григорий Мыра, эксперт партии «Возрождение-Ренаштере»: «Ассоциация зеленого хозяйствапревратилась в базу по заготовке дров!»

- Выделение под застройку верхней части парка Валя Морилор - ярко выраженный бизнес-проект. Наличие развитой инфраструктуры, компактное проживание людей с высоким достатком, чистый воздух и соседство с парком… Зеленые насаждения обречены. Закон об управлении публичной собственностью использует специфические понятия объектов, которые регламентируются специализированным законодательством: закон о зеленых насаждениях городских и сельских населенных пунктов № 591-XIV от 23.09.99, Лесной кодекс, закон № 887-XIII от 21.06.96, Закон об охране окружающей среды N 1515-XII от 16.06.93.

Ситуация с Валя Морилор - не исключение, так как ассоциация зеленого хозяйства муниципия Кишинэу превратилась в базу по заготовке дров на продажу! Именно ассоциация, учредителем которой является МСК, тот ответственный орган, который от лица собственника управляет всем зеленым хозяйством. Свою основную задачу ассоциация видит в уборке изношенного зеленного фонда и установке урн. Это важно, однако на первом месте должна быть охрана и защита лесопарковых зон муниципия.

От ассоциации никто не требует ложиться перед бульдозерами и экскаваторами, если уничтожаются зеленые насаждения! Необходимо просто выполнять обязанности, возложенные на нее МСК. Аппарат примэрии во главе с генпримаром обязан проверять и контролировать работу ассоциации. Не стоит забывать, что проекты о выделении земельных участков прошли как минимум одну профильную комиссию МСК.

Задачи ассоциации: (ст.ст.14, 23 закона № 591-XIV от 23.09.99):

1). Нанесение границ зеленых насаждений в соответствии с документацией по градостроительству и благоустройству территорий города Кишинева.  

2) Обеспечение своевременного ухода за зелеными насаждениями и их сохранности в пределах границ зеленых насаждений.  

Проблема в том, что первый пункт ни ассоциация, ни мэрия не выполняли и не хотят выполнять. Легче и проще быть базой по продаже дров.

Закон предусмотрел возможность контроля центрального органа в лице государственной экологической инспекции. Закон № 1515-XII от 16.06.93 в статье 15 указывает, что основная задача инспекции - осуществление государственного контроля за состоянием среды и ее компонентов, соблюдением законодательства об охране среды. Главные государственные инспекторы имеют право приостанавливать любую деятельность, если она противоречит законодательству об охране среды. По моему мнению, ситуация с расширением улицы Шмидта за счёт парка как раз и есть тот случай:  инспекция должна выписать предписание об отмене формирования земельных участков в районе этой улицы.