Point.md logo
Новости
18 Сентября 2012, 08:09
703180

Михаил Боярский: «В Молдавии я ночевал в КПЗ»

18 Сен 2012
73180
В Кишиневе Михаил Боярский пребывал в отличном настроении. Фото: Одудовская Надежда
В Кишиневе Михаил Боярский пребывал в отличном настроении. Фото: Одудовская Надежда

Лучший д’Артаньян всех времен и народов в интервью «Комсомолке» рассказал, как молдавский кинематограф дал ему путевку в большое кино, за что получил молдавский орден и почему до сих пор так и не бросил курить.

Михаил Боярский провел в Кишиневе меньше суток -13 сентября прилетел, а уже рано утром следующего дня отбыл в Питер. Выступал он в ресторане «Охотничий двор», а перед концертом мы поговорили с ним на уютно-зеленой террасе гостиницы. В своей неизменной шляпе, с клубным сине-белым шарфом «Зенита» Михаил Сергеевич выглядел подтянутым, спортивным, веселым и бодрым.

«Молдавским вином споил весь театр Ленсовета!»

Михаил Сергеевич, одна из ваших первых ролей — отрицательная роль Гицу в картине Василия Брескану «Мосты», которая была снята в 1974 году...

- Это была практически первая серьезная роль, полноценная. Мне запомнилось у вас практически все! Первое запоминается навсегда и надолго. И режиссер, и партнеры, и вино, и павлины, и Гратиешты, и Страшены, и буркутная вода, и «каса маре», и кружка вина по двадцать копеек... В общем, запомнилось все! И кочующие цыгане, и гостиницы... У вас все цвело, такая весна! А вино молдавское пил весь театр Ленсовета, я споил весь театр! Никак не кончалось! Пили, пили, пили, пили... Я по двадцать литров домой привозил... В самолет пускали с таким количеством алкоголя. Тяжело было таскать, тем более возил с собой и виноград, и фрукты... Все были счастливы!

Тогда я был одиноким, брошенным. Я ходил по городу, знакомился с людьми, с девушками. Заходили в какие-то сараи, садились на ящики и пили вино, говорили. Меня как актера не воспринимали, я не говорил, что я — актер. Я был просто молдаванином, говорившим по-русски. Вино — хорошее, дешевое... А что еще надо?! Я здоров как бык! Киногруппа очень хорошая была, каждый вечер собирались, застолья были. Ездили в глубинку Молдавии. Безумно красивые места! И в палатках жили, и просто стучали в первый попавшийся дом: «Пустите переночевать!» Пускали... Романтика!

С Василием Брескану на съемочной площадке часто спорили, причем очень сильно. Сценарий картины у меня дома сохранился, там рукой режиссера написано: «Актеру, у которого есть яйца!» А еще я как-то провел ночь в отделении милиции. Шли пьяные с братом, а нас сбил мотоциклист. Меня-то чуть задел, а брат кувыркался! Я к нему, думал, погиб, а он встал, отряхнулся и спрашивает: «Что это было?» Я отвечаю: «Нас мотоцикл сбил». Пошли в милицию жаловаться. Милиционер принюхался к нам: «Так вы пьяные!» И закрыл нас в КПЗ. А у меня съемки в семь утра, я всю ночь в дверь стучал, ломился. Откуда-то в съемочной группе прознали, где я, пришли. Я выхожу и говорю Василию Брескану: «Ну что? Я свеж как огурчик! Умылся, зубы почистил, зарядку сделал. Готов сниматься!»

Съемки в «Мостах» были важным шагом в вашей актерской карьере?

- Я не считаю это особой работой, я набрался необходимого опыта в общении с актерами - подготовка к роли, съемочная площадка. Поэтому, когда снимался в фильме «Старший сын», уже не так страшно было.  Недавно мне удалось сыграть в картине «Петр Первый. Завещание» Дмитрия Кантемира...

А ваша дочь Лиза сыграла княжну Мери Кантемир. И в прошлом году тогдашний и.о. президента Молдовы Мариан Лупу наградил и вас, и Лизу Орденом Почета...

- Да, орден мне вручили в посольстве Молдовы в России. Это большая честь для меня, что меня помнят, что за своего принимают! Я ведь похож на молдаванина. Я вообще-то похож на всех, кроме того, кем являюсь. На русского я не похож. Я похож на грузина, армянина, еврея, француза, итальянца, испанца, на молдаванина уж тем более!

Если бы вам сегодня предложили сняться в молдавском кино, что для вас стало бы поводом согласиться?

- Только материал! Если материал интересный, если игра стоит свеч, обязательно бы согласился! Если это будет интересно зрителям.

«Я не умею воровать»

Вам достаются чаще всего роли таких брутальных и мужественных героев. А кого вы хотели бы сами сыграть, но так и не довелось?

- Я бы Остапа Бендера сыграл! Элегантно сыграл бы. Но сейчас я успокоился, поскольку материала интересного нет. Есть много «мыльных опер», это, наверное, тоже нужно, людям надо зарабатывать деньги. А я на это не способен. Меня это не интересует. Последняя моя работа в кинематографе — в «Шерлоке Холмсе», я сыграл инспектора Лестрейда.

А вам не тяжело было играть Лестрейда, учитывая изумительный образ, который создал Брондуков?

- Я сразу отказался от роли, сразу! «Я не буду играть! Зачем в сто пятидесятый раз снимать одно и то же?!» Но у режиссера было безвыходное положение, несколько актеров отказались от роли. Я сказал ему: «Если ты хочешь самого занятого актера, я согласен!» Повезло, что я снимался в трех метрах от дома, в Питере. На одном берегу Невы был Лондон, на другом — Биг-Бен. Компьютерная графика... Я пройдусь вдоль Невы, загримируюсь, и домой!  Снимали в основном по ночам, поэтому я снимался без ущерба для всего остального.

- Вы являетесь сопредседателем движения «За права курильщика»...

- Бороться с курильщиками? Ни-че-го не из-ме-ни-тся! Курили, курят и будут курить! Против шерсти гладить нельзя. Это вызывает только озлобление и изощренные способы удовлетворения своих потребностей. Я, к примеру, никогда не курю, не спросив разрешения у окружающих. Человек должен сам задуматься, насколько это вредит и ему самому, и его семье. Я сам могу бросить, но очень люблю курить! Ну а что осталось-то еще?!

У вас внук родился, поздравляем! Как вам в роли дедушки?

- Это моя основная роль, и, должен вам признаться: остальные роли меня мало интересуют. У нас семья довольно-таки странная: жена — на гастролях в Сибири, дочь — на Мальте, сын — где-то в Подмосковье. А дедушка... «Алло, Михаил Сергеевич?» «Извините, я купаю внука!» Все. Конечно, мы собираемся все вместе, но когда все заняты, я могу себе позволить роскошь понянчить внука. У меня есть опыт — двое детей, двое внуков, вот третий появился... Конечно, я испытываю страх перед крохой, но под контролем свахи мне доверяют.

А где вы себя комфортнее чувствуете: на сцене или на съемочной площадке?

- Ну, чтобы читателям повеселее было: там, где больше платят! Если съемки интересные, мне плевать на музыку. Если песни интересные... Мне интересен сам процесс записи, не столько выступление. Это серьезный кусок моей жизни... Я люблю выступать без фонограммы, петь в удовольствие. У меня есть и театр, и кино, которые я отодвинул на самое последнее место, и концерты. Не люблю всякие ток-шоу, сплетни о смертях, телевизор не смотрю. Я увлекаюсь спортом, я — болельщик. Не люблю презентации, тусовки, кинофестивали. Все это мне неинтересно.

Вас не только без шляпы невозможно представить, но и без клубного зенитовского шарфа. А как вы отнеслись к покупке за 40 миллионов евро двух легионеров - Халка и Витцеля?

- Теперь уже спокойно. Уж лучше потратить эти деньги на футболистов, чем пустить их на банкеты. Это серьезные приобретения. Конечно, сравнивая с нашими зарплатами, это представить себе невозможно! Я чужие деньги не считаю, но испытываю, конечно... не то что зависть... Но когда начинаешь считать, думаешь, это сколько надо прожить десятков лет, чтобы заработать столько, сколько они? Так странно устроен мир, понимаете? Кто работает, тот — нищий. Кто изобретательный и умеет хорошо воровать, тот предприниматель. Я не умею этого делать. Я могу украсть только реплику у партнера. Более того, чем больше живешь, тем больше понимаешь: деньги — не самое главное. Дай Бог, иметь достаток, все лишнее губит человека! Человеку должно быть доступно все, но для этого не надо быть миллиардером. Одеваюсь я в одно и то же, мне одежда не нужна, питаюсь я очень скромно, в рестораны не хожу. Я работаю на семью, я  - добытчик. Я — мужчина, я обязан это делать. Театр денег не дает, кино денег не дает, дают деньги концерты корпоративные, собственно, и все.

- В нынешний свой приезд вино молдавское пили?

- Я на работе не пью. И с собой не возьму, в самолет не пустят. А раньше пускали! Дарят мне красивый коньяк, а на границе отбирают. Ну, пейте за мое здоровье!