Мария Биешу: «Я всегда умирала на сцене, а потом возвращалась...»

Пять лет назад в августе Мария Биешу дала последнее интервью "Комсомольской правде". Практически полностью мы его публикуем. 

Дебют

- Мария Лукьяновна, каким был ваш первый выход на профессиональную сцену?

- Я уже закончила консерваторию в Кишиневе, в 1961 году. И приняла участие во всесоюзном конкурсе, который проводился в нашем театре. Я прошла этот конкурс, и меня приняли солисткой в труппу Театра оперы и балета. Это было 2 июня 1961 года.

- А что вы тогда исполняли на конкурсе?

- Я спела заключительную сцену Татьяны с Онегиным - дуэт из оперы «Евгений Онегин». Зеленая тогда была, молодая... Но получилось артистично.

- И как работалось в театре молодой оперной певице?

- Когда я пришла в театр, он просуществовал к тому времени только четыре с половиной года. Но у нас уже шли спектакли, такие как «Евгений Онегин» Чайковского, «Грозован» Гершфельда. И как раз в то время готовилась к постановке опера «Тоска» Джакомо Пуччини. В театре были уже признанные солистки, им доверили главные партии. Но мне тоже дали разучивать партию Флории Тоска, главной героини оперы. Я просто учила эту роль, мне она очень нравилась. И дирижер, и режиссер почувствовали,что она мне подходит по голосу. Но эта роль глубокая, драматическая, сложная, а я была тогда еще очень молодой и неопытной. Ни одна певица, даже великая Мария Каллас, не начинала свою карьеру с этой партии. Я ходила на все репетиции этого спектакля, выучила все назубок, знала все мизансцены, и была готова к этой роли, но мне ее не давали. И вдруг за неделю до премьеры одна певица заболела, а другая поругалась с дирижером. И тогда дирижер Борис Семенович Милютин, замечательный профессионал, и молодой режиссер Евгений Григорьевич Платон попросили меня спеть этот спектакль. Занимались они со мной целыми днями. И, конечно, верили в меня, но боялись - молодая певица, вдруг не то что-то сделает или голос сорвет, или еще что-нибудь не так будет. Премьера состоялась. Это было 28 апреля 1962 года. Вышла я, партнер меня встречает -замечательный певец Василий Третьяк, голос великолепный, опытный уже артист - и, как и нужно по сценарию, обнимает. И тут у меня падает шляпа, а завязка от нее остается на шее. Сама шляпа - на затылке. Поправить не получается, мешают шпильки, шиньон. А эта завязка меня просто душит. Пришлось рукой оттянуть ленту от шеи и петь таким образом. Это воспринималось, как чудо, что я, такая неопытная, не растерялась, допела до конца в первом акте. Весь зал взорвался, аплодировал, кричал. Это был мой дебют.

- И что было потом с этим спектаклем?

- Шел этот спектакль с успехом, долго. А во втором акте моя героиня убивает Скарпио. Тогда, во время премьеры, я начала «убивать» исполнителя деревянным ножом. А у него костюм - грудь в орденах и медалях. И я начала по-настоящему бить его ножом в эти медали. А был такой замечательный певец Федор Кузьминов, он и сказал: «Мария, хорошо, что нож был деревянный. Ты все так искреннее делаешь. Нужно играть. На сцене не нужно плакать, надо делать вид, что плачешь». Я этот урок на всю жизнь запомнила. Все меня понемногу учили. Конечно, после «Тоски» для меня открылись двери в настоящее оперное искусство.

Тридцать героинь

- А у вас с детства была цель стать оперной певицей?

- Нет. Когда я поступила в консерваторию, у меня не было никакой музыкальной подготовки. Я закончила сельхозтехникум. Естественно, голова была забита агрономией. Но я пела, голос был. А начала я учиться с ноля. Почти все студенты консерватории уже на первом курсе знали ноты, музыкальную грамоту, я ничего не знала. Но, как говорили раньше: «Догнать и перегнать!» И я это делала. Работала я, мне нравилось это, но сказать, что я понимала оперу, нельзя. Сначала трудно было учиться. Но потом догнала и перегнала, и так полюбила оперное пение! На всю жизнь.

- Сколько у вас ролей в опере?

- 30 героинь. Могло бы быть и больше, если исполнять вторые роли. А мои героини - сложные, драматические, столько души в них нужно вкладывать! И в «Тоску», и в «Чио-Чио-сан», и в «Аиду», и в «Пиковую даму»... Все эти роли я пропускаю через свою душу. Это чувствует зритель. И тот, кто это понимает, кто любит оперное искусство, тот как будто обновляется и в то же время обогащается на спектаклях. И это несмотря на то, что многие героини трагически погибают. Тоска бросается с башни, Чио-Чио-сан делает харакири, Лиза бросается в реку... Сколько раз я умирала на сцене... Но, как видите, я сама не умерла. Я переживаю своих героинь, а потом возвращаюсь в свою жизнь.

- А как вы восстанавливаетесь? Ведь ваши роли - это огромный стресс.

- До спектакля мне кажется, что я больна, что на меня все давит, атмосфера нервозная. Дома гуляю в саду, разговариваю с птицами, читаю что-нибудь, просто отдыхаю, рисую фигурки разные, стараюсь создать приятную обстановку. Когда попадаю в гримерную перед спектаклем, то вся нервозность проходит. А на сцене уже не волнуюсь. Там я уже как рыба в воде. После спектакля такое облегчение, все, освободилась, этот тяжелый панцирь спал. Сидим с друзьями пьем чай, разговариваем. Потом дома с родными. И до пяти утра не спится - все анализирую, почему я так это не спела, почему по-другому что-то не сделала...

Миллион йен

- Как вы думаете, почему при таком количестве ролей вас всегда ассоциируют с Чио-Чио-сан?

- Если бы был конкурс на лучшую Татьяну или Тоску, тогда, возможно, меня бы не сравнивали с Чио-Чио-сан. Но так как был конкурс на лучшую Чио-Чио-сан, а я ею стала, то с ней меня и ассоциируют. Эта роль была в моей жизни третьей после Тоски и Татьяны. И уже спектакль ставили для меня. Пели мы на русском языке. Потом меня вместе с другими артистами из разных республик бывшего Союза отправили стажироваться в Италию, в «Ла Скала». Вернувшись из Италии, я получила третью премию на конкурсе им. Чайковского - это самый престижный конкурс в мире. Моя третья премия была просто сенсационной победой. И уже через год звонят из Москвы и говорят, что в Японии проводят первый конкурс «Чио-Чио-сан» имени известной японской певицы Миура Тамаки, нужно учить роль на итальянском. Это было в 1967 году. Там я прошла все туры, попала в восьмерку финалистов и получила первую премию. А моя грузинская коллега - вторую.