Как я лежал в больнице по медполису

Корреспондент «Комсомолки» на своей шкуре испытал все прелести и недостатки лечения по полису обязательного медицинского страхования.
«Людям верить нельзя, особенно больным!»

Как говорится, знал бы прикуп, в 2014-м жил бы в Сочи. Обычный стык во время футбольного матча завершился для автора этих строк двойным переломом правой руки. Рука ниже локтя ходила флюгером, показывая направление на ближайшую больницу. Конкретное лечебное учреждение называть не буду, дабы не быть притянутым к суду за очернительство отечественного здравоохранения. Хотя по мне, то, что описано ниже, ежедневно происходит в любой молдавской больнице. Приехал, а там, как всегда, толчея и ажиотаж. Полно увечных. Кого – сразу на каталку, кто-то с перевязанной головой, пошатываясь, сам бредет к врачам.

- Полис имеется? – спросил дежурный врач, больно ощупав мне руку. И, получив утвердительный ответ, кинул: - На рентген!

У входа в рентгенкабинет – нехилая очередь. Рука ноет, как нищий на паперти. Захожу.
- А почему врач не написал номер вашего полиса на направлении? – строгая врач-рентгенолог непреклонна. – Идите обратно!

- Может, сначала рентген сделаете, а номер полиса я вам через минуту занесу? – предложил я.
- Знаем мы таких! – обиделась фотограф внутренностей чужих организмов. – Полиса у людей нет, а у меня потом деньги из зарплаты вычитают! Людям верить нельзя, особенно больным! Сначала – полис, потом – рентген!

Что важнее: справедливость или здоровье?

Затем начались неприятные хлопоты перед недальней дорогой – моей госпитализацией в отделение травматологии.

- У вас очень неприятный и сложный перелом, - объяснял мне врач, накладывая с помощником горячий гипс на сломанную руку. – Я на себя такой ответственности взять не могу. Если подпишете отказ от госпитализации, тогда, пожалуйста!

Пришлось согласиться на эту самую госпитализацию. Запугали, короче, врачи. Проверили, есть ли аллергия на новокаин (оказалось, есть), наложили гипс, вновь послали на рентген, взяли кровь на анализ, сделали электрокардиограмму… Короче, с момента моего приезда в больницу до того, как я переступил порог отделения травматологии, прошло четыре часа.

- Можно вас определить в шестиместную палату, - ответила мне сестра-хозяйка на просьбу, если не предоставить номер «люкс», так хоть что-нибудь более уютное и комфортное. – Там сейчас всего один человек лежит.

Ночь прошла беспокойно: шум, стук, стоны. Громкие разговоры сестричек. Снились бесконечные каталки с больными на них. Они бесперебойно проносились перед глазами. А утром оказалось, что это был не сон: рядом со мной стонали еще пять товарищей по несчастью.
Среди всех моих соседей лишь я один оказался ходячим. У остальных были сломаны нижние конечности. В очередной раз пришлось подивиться хрупкости нашего существования. Жене, например, на кумэтрии один из гостей упал на ногу, Иван поскользнулся, Раду попал в ДТП, Игорь получил пулевое ранение из собственного «Макарова». Больше всего не повезло соседу-старожилу Николаю – его сбил пьяный водитель. У Николая – шесть переломов, сломаны все конечности.

- Главное, чтобы не посадили лихача! – переживает Николай. – Мне сказали, что операции обойдутся в «штуку» евро. Он согласен оплатить. Поэтому я сказал ментам, что претензий к нему не имею. Если его посадят, кто мне оплатит лечение?!

Николай не может пошевелиться, на ногах висят тяжеленные противовесы, ночами он стонет от боли, а любящая дочь дважды в день приходит кормить папу с ложечки…

Операция – за 14 тысяч леев

Утром оказалось, что больными забиты не только все палаты. Женские - переполнены, в коридоре отделения на каталках сиротливо расположились старушки, тихие и пугливые, как воробьи. Мимо них деловито сновали врачи и медсестры, пациенты и навещающие. А нам повезло: в нашей пятиместной палате – всего шестеро человек. Разносят чай.

- Спасибо! – отказываюсь. – Он же с сахаром, а я с ним не пью…

- Так сахар почти не чувствуется! – бесхитростно отвечает нянечка. – Попробуйте! Вы не