Как делаются ток-шоу, или о том, почему мне удалось стать телезвездойЯ терпеть не могла ток-шоу, считала их просмотр глупым

Наталья МЕЛЬНИК
Я терпеть не могла ток-шоу, считала их просмотр глупым времяпровождением. (Кто-то из острословов заметил, что «заключенные смотрят дневные ток-шоу. Это часть их наказания».) Но судьба, не поверите, привела меня прямо на съемки рейтингового дневного ток-шоу «Лолита. Без комплексов». Я была зрителем, и мне позволили изнутри познакомиться со всеми принципами, по которым делается это самое «незакомплексованное» действо телевидения.

Закульсье

Мало кто знает, что вместе с Лолитой над передачей трудится большая бригада. Одних только редакторов 30 человек. Та же команда, кстати, что мужественно справлялась и с «Пятью вечерами», и с «Большой стиркой», многие работали и у Владимира Познера на «Временах». Понятно, что там уже завод, станок. Их работа заключается в том, что они придумывают темы, согласовывают их с Лолой, ищут героев как по России, так и за рубежом. Уговаривают их приехать и рассказать свою историю, часто платят за это гонорар. Запись программ ведется между гастролями певицы - два раза в месяц, зато 3-4 дня подряд по четыре съемки за раз. Напряжение - колоссальное. От редакторов зависит, получится ли программа. Тем более что с Лолитой, по словам подруги-редактора (это благодаря ей я попала на передачу) работать очень сложно, но невероятно интересно, потому что не знаешь, что она выкинет в следующий раз.

Милявская, к примеру, не работает по написанному сценарию. У нее в руках всегда небольшой лист бумаги, где тезисно обозначено то, что должно быть произнесено в кадре, не более. Первое время всем было трудно, поскольку редакторы привыкли с другими ведущими работать по обычным правилам, а она им не подчиняется. Это же касается и аплодисментов. На площадке запрещено, скажем так, показывать зрителю, когда надо хлопать.

...Итак, я в Останкино. У входа - толпа народа, пытающегося прорваться на какую-нибудь съемку (кстати, попасть на программу можно по спискам - обычным зрителям и по спецприглашениям - гостям), металлоискатели и два грозных милиционера, проверяющих документы. Повертев в руках мой «синий» загранпаспорт, стражи порядка вначале засомневались в его подлинности и потребовали перевода на русский язык, но, увидев гостиничную регистрацию, все же впустили меня в святая святых российского телевидения.

С девушкой, встречавшей гостей программы «Без комплексов», мы прошли по длинным, извилистым коридорам, миновали студии с номерами, гримерки, кучу людей в курилках и буфетах. Я оказалась в костюмерной. Три комнаты, зеркала, диваны, пара столиков, большая вешалка. Гостям предстоящей съемки (тема - «Идеальная жена») милостиво наливают кофе и предлагают печенье. Кто-то ест, кто-то красится, причесывается, кто-то болтает по телефону... Раздеваюсь, сажусь на диван и жду... Наконец всех зовут.

«Кухня» телепередачи - немного странная и довольно просторная студия, разделенная картонной стеной на две части. Одну половину занимают камеры, техника, редакторы и помощники, во второй проходит сама съемка. Здесь диван для экспертов, два кресла друг против друга - для героев программы и пять рядов стульев - для зрителей. В первом ряду в основном сажали гостей: была актриса Алена Хмельницкая (она рассказывала о том, как ей удается 12 лет быть идеальной женой режиссера Тиграна Осояна, знаменитого своей взбалмошностью); известный пластический хирург с красавицей-супругой (утверждавший, что внешность для жены - не главное); пара из Воронежа с малышом и свадебный фотограф.

Куклы и кукловоды

Верхние ряды и боковые места были заняты массовкой - людьми, которые подобным образом зарабатывают себе на жизнь, кочуя из шоу в шоу. За то, что ты сидишь на трибуне во время съемки, улыбаешься в объективы телекамер, громко хлопаешь в ладоши, платят 300 рублей. Работа, надо заметить, не самая благодарная: от прожекторов и камер начинает сильно болеть голова, душно, ноги отекают, пятая точка просит движения... И так - четыре съемки подряд, по 2-2,5 часа каждая. Интересная деталь: на каждый «выход» люди должны пере