Израненный охотник

МОСКВА, 22 июля / РИА Новости /. Эрнест Хемингуэй, 110-летие со дня рождения которого отмечает мировая литература, был, без сомнения, самым знаменитым зарубежным писателем в СССР. Фотопортрет бородача в грубом свитере украшал стены многих интеллигентских квартир, а культ писателя был настолько силен, что истинная причина смерти Хемингуэя - самоубийство - скрывалась от читающей публики. Я сам узнал о том, что, оказывается, Хэм (так запанибратски читатели называли кумира) не умер, а застрелился, наверное, года через два после роковой развязки и поначалу не хотел этому верить.

Такое почитание писателя в России - феномен, который до конца еще не разгадан.

Долгое время Хемингуэя знали лишь знатоки. Его первые книги «Фиеста», «Прощай, оружие!», были переведены на русский язык еще в середине тридцатых годов и не вызвали никакого ажиотажа, а в послевоенные годы кумиром номер один в стране был Эрих Мария Ремарк.

Но в 1959 году все переменилось. К власти на Кубе пришли бородатые повстанцы во главе с Фиделем Кастро. Они свергли проамериканский режим Батиста и - надо же! - решили строить социализм. Под носом у самой Америки. Остров свободы в считанные дни и надолго стал главной темой в советской жизни, именами Фиделя и Че Гевары бредила романтическая советская молодежь.

Больше того, в кубинской революции многие увидели романтическую пору большевистской революции 1917 года, и даже оправдание сталинской мясорубке: смотрите, а ведь несмотря ни на что мы снова стали примером для всего мира. Именно на этой кубинской волне нобелевский лауреат Хемингуэй, (который по прихоти судьбы жил в те годы как раз на Кубе, недалеко от Гаваны, на ферме Финка Веджиа), стал своеобразным амулетом, фетишем, тотемом всеобщей влюбленности в революцию бородачей.

На первый взгляд, Хемингуэй вполне годился на роль тогдашней антиамериканской звезды. Он был всемирно известен. Он презирал буржуа. Ненавидел фашизм. Бился с оружием в руках в годы первой и Второй мировой войны. В Испании поддерживал республиканцев. Воевал против диктатора Франко. Наконец, принял у себя дома одного из советских вождей Микояна.

Но о том, что коммунизм Хемингуэй тоже не жаловал, или о том, что уже через год после революции он бросил «остров свободы» (где жил с 1949 года) и вернулся в Америку, у нас предпочитали умалчивать.

Итак, Хемингуэй надолго стал главным иностранным писателем в СССР, кумиром образованной публики. Между тем, это был весьма опасный магнит. На роль духовного лидера он был негоден. Хотя личной вины его в том, что он так полюбился нашей интеллигенции, разумеется, никакой нет.

Эрнест Хемингуэй родился 21 июля 1899 года в привилегированной семье канадского врача-терапевта и бывшей оперной певицы, в элитном пригороде Чикаго Оук Парке, и провел благополучное детство в окружении четырех сестер: Марселины, Урсулы, Меделин и Кэрол (каждая названа в честь какой-либо святой). Его опорой в те годы была крепкая дружба с отцом, который приучил сына к рыбной ловле, к скитаниям по лесам Мичигана, к охоте с ружьем. Он приходил в этот лесной храм убивать. И достиг в стрельбе отличнейших результатов: мог поразить слету утку, летящую в ночном небе, если только она хотя бы на миг мелькала на фоне луны или поразить в глаз бобра, который купался в ручье. По сути, на успешной охоте молодой Хемингуэй обручился с жертвой и пристрастился к чувству смерти, и пронес это страстное запойное чувство и дальше. Один из его первых рассказов, опубликованный в школьном журнале, был именно о смерти, о кровной мести героя-индейца.

В те годы у писателей Америки не было никакой особенной славы. Кумирами американцев были голливудские кинозвезды, а вовсе не Френсис Скотт Фицджеральд или Генри Джеймс. Казалось, у молодого крепыша из провинции не было шансов стать знаменитым. Но его тяга к смерти сработала. Уехав в Канзас-Сити, и получив место репортера в местной газете, Эрнест выбрал криминальную хронику: убийства, проституция, притоны, пожары. Оказавшись в Испании, Эрнест первым среди аме