Ион Суручану: «Незабудка» кормит меня уже 20 лет!»

К 40-летию творческой деятельности знаменитого молдавского певца Иона Суручану «Комсомолка» публикует с любезного разрешения автора и издателя Николая Рошки отрывки из книги «Страна моей любви» из серии «Авгуры», которая совсем скоро выйдет в свет.

Из-за «Норока» Ион Суручану едва не поставил крест на карьере

Как-то утром Михай Долган пригласил меня в свой кабинет. Там у нас состоялся неприятный разговор. Я почувствовал что-то неладное по тону. Михай редко говорил таким удрученным голосом:
- Ион, ты знаешь, я очень извиняюсь, но тебе придется вернуться в Молдову.
- Я чем-то не подхожу организаторам концертов?
- Людей в коллектив выбираю я, а не организаторы. Ты идеально подходишь.
- Тогда в чем дело?
- Мне из Кишинева позвонил директор Филармонии. Он сказал, что тебе срочно нужно выезжать домой. Министерство культуры предупредило, если не вернешься, тебя дисквалифицируют как профессионального исполнителя.
- Пускай дисквалифицируют, тоже мне спортсмены!
- Ты понимаешь, что это означает? После такого можешь поставить крест на карьере.
- Крест на мне там поставили уже давно.
- Не выдумывай! Тебя там очень ценят. Если бы не ценили, не давали бы столько шансов. В этом есть доля и моей вины. Я думал, все обойдется. Но, видишь, они серьезно настроены. Значит, ты им очень нужен там. Поезжай.
- Ну что ж, счастливо оставаться!
Не помню, как, но я все-таки попрощался с коллективом и отправился домой. К «Bucuria» не вернулся. В смысле - к их гастролям. По плану, музыканты гастролировали по России пару месяцев без меня, а я просто сидел дома и бездельничал. Когда же вернулся из Москвы, сразу пошел к директору Филармонии. Тогда ее возглавлял Александр Федько. Он меня не ругал, сам все прекрасно понимал и очень болел за опальный «Noroc». В душе он одобрял мой поступок. Но ничем не мог помочь. Говорил, что не в силах сражаться с Министерством культуры. Я верил. Поэтому просто опустил руки. Именно Федько позволил мне отдышаться пару месяцев дома. Сказал, что дает мне время на реставрацию и не отправляет обратно в Россию, к ребятам из «Bucuria». Моя пассивная реставрация обошлась Филармонии в полный месячный оклад. Под свою ответственность Александр Федько оставил меня в Кишиневе на полной зарплате. Наверное, в виде компенсации за загубленные возможности.

«Молдавский Челентано» родился на Центральном телевидении

Став достаточно популярным в Молдове, я получил свою первую «красную строку». Сейчас мало кто помнит, что это такое. Раньше, если на афишах фамилию артиста писали красной краской, это означало, что у него сольное отделение в концерте. Так вот, свою первую «красную строчку» я получил, будучи в составе ансамбля Петри Теодоровича. Что давала эта привилегия? Помимо уважения, естественно, это влияло на зарплату и гонорары от концертов...
...В 1984-м, когда я как раз являлся солистом «Contemporanul», к нам в республику из Москвы приехала группа людей с Центрального телевидения. В те годы самой популярной всесоюзной передачей считался эстрадный конкурс «С песней по жизни». Он проходил в разных регионах СССР. На этот раз весь соревнующийся юго-западный регион планировали собрать в Кишиневе. Организаторы из Москвы приехали, чтобы посмотреть наш самый солидный дворец - «Octombrie». Дворец их устроил, аппаратура и свет - тоже. В общем, Молдове предстояло подготовиться к приему гостей. И предстояло еще кое-что. Мы вместе с москвичами должны были отыскать человека на роль соведущего известной исполнительницы Ксении Георгиади.
Съемки начинались в сентябре, а в августе организаторы конкурса захотели со мной увидеться и познакомиться. Встретились, поговорили. Судя по реакции, я произвел на них приятное впечатление. Ну, мне всегда нравилось общаться. К тому же, в общении я очень легкий человек. Да и тембр моего голоса москвичам очень уж понравился. Особенно живьем. Они долго восхищались и уверяли, что впервые слышат такое чудо. Я согласился, потому что прекрасно понимал: это отличная возможность засве