Государство не оставляет молдаванам ничего личного

Специалисты утверждают: в нашей стране могут прослушивать телефон любого человека. И если «криминала» в разговорах не нашли, то никогда и не узнаешь, как грубо сотрудники СИБа вмешались в твою личную жизнь. Сложившаяся ситуация серьезно нарушает закон, который и без того, как признал Европейский суд по правам человека, настолько некачественно регулирует процесс, что «любое прослушивание телефонных переговоров в Молдове можно считать незаконным».

Как «слушали» политиков

В прошлом году появились первые уголовные дела по обвинению сотрудников МВД и ЦБЭПК в злоупотреблении служебным положением – именно в части следственных действий, связанных с прослушиванием телефонных переговоров подозреваемых. На сегодняшний день в суд передано пять таких уголовных дел. Потерпевшими по ним проходят 17 человек. На слуху только лица так или иначе причастные к политике: Александр Тэнасе, Михай Годя, Виталий Нагачевский, Вячеслав Унтилэ, Серафим Урекян и другие. На прошлой неделе список «прослушиваемых» политиков пополнили Михай Гимпу и Дорин Киртоакэ. Телефонные переговоры председателя Либеральной партии и мэра Кишинева спецподразделение СИБа прослушивало с января по сентябрь 2009 года.

«Во всех этих случаях сотрудники правоохранительных органов превысили свои полномочия, - говорит заместитель генерального прокурора Андрей Пынтя. – Так, МВД расследовало дело преступной группировки и в перечень номеров, которые предполагалось прослушивать, включили несколько телефонов политиков. В другом случае дело было связано с торговлей людьми, и в число подозреваемых тоже попали люди, которые даже теоретически не могли быть к этому причастны. В третьем – офицеры по уголовному преследованию утверждали, что прослушиваемые лица связаны с преступными авторитетами. Все это – «вымышленные легенды», не имеющие ничего общего с реальностью».

Компетентные источники в прокуратуре рассказывают и вовсе анекдотическую историю: по одному из дел сотрудник МВД прослушивал не только парочку политиков и предполагаемых преступников, но и собственную девушку, «тестируя» ее на верность.

Политическую сторону происходившего А. Пынтя комментировать не стал. По поводу того, что последнее уголовное дело – в отношении «прослушки» Киртоакэ и Гимпу - было возбуждено сейчас, перед выборами, отметил: «Мы не можем регулировать процессуальные нормы по своему выбору, мы им подчиняемся: если преступление было выявлено сейчас, значит, сейчас надо возбуждать дело и начинать уголовное преследование».

По словам заместителя генпрокурора, далеко не все потерпевшие подавали жалобы сами, многие факты были обнаружены в ходе других расследований. И, как заверил А. Пынтя, если такие факты будут обнаружены в отношении обычных людей, уголовное дело также будет возбуждено.

Законы, которые не работают

Прослушивали телефоны подозреваемых всегда. Такая мера получения доказательств законна, используется во всем мире и отражена в уголовно-процессуальном кодексе.

Процедура такова: офицер по уголовному преследованию обращается к судье по уголовному преследованию с просьбой дать санкцию на прослушивание телефонных переговоров. Судья рассматривает документы и либо дает санкцию, либо отказывает в ней. Прослушивание продолжается определенное время, и за этим следует либо возбуждение уголовного дела, либо отказ в его возбуждении.

В первом случае все ясно: подозреваемого привлекают в качестве обвиняемого, и уже в этом статусе он узнает, что его прослушивают. А как быть с теми, в отношении кого так и не было собрано доказательств?

Оказывается, на этот счет в законе тоже есть правило: если человек был под подозрением, его прослушивали, доказательств совершения преступления не нашли и дело не возбудили, то судья по уголовному преследованию, узнав об этом от прокурора, уведомляет бывшего объекта «прослушки» о проведенных в отношении него следственных действиях.

При этом прослушивание возможно исключительно в тех случаях, когда человек подозревается в совершении тяжкого, особ