Фашизм в России есть. Но его не могут найти

МОСКВА, 3 ноября / РИА Новости /. У меня когда-то был роман с девушкой, которая по государственной принадлежности была подданной британской королевы. Ее родители приехали в Лондон с Багамских островов, и она была темнокожей. На мой взгляд, совершенно очаровательная девушка, я был от нее без ума.

Она приехала ко мне в Москву, и это стало катастрофой. Когда мы выходили на улицу или садились в общественный транспорт, я благодарил бога, что она не знает русского языка. Потому что самое милое и доброжелательное, что звучало в ее адрес, было слово «обезьяна». Я и не подозревал, до какой степени наше общество заражено самым настоящим расизмом. Московские молодые и не очень молодые люди были уверены в своем генетическом превосходстве над темнокожей девушкой.

Если бы я кому-то из них сказал, что он – расист, это вызвал бы возмущение и обиду. Советские люди, кажется, искренне были уверены, что они прирожденные интернационалисты, потому что их отцы или деды сражались против фашизма, а в советском обществе, как известно, все равны…

На самом деле советское общество было глубоко заражено расистскими и фашистскими идеями. В газеты это не проникало, зато открыто говорилось на кухнях, в курилках, в пивных и даже служебных кабинетах.

Когда сегодня заходит речь о разжигании национализма, ксенофобии в средствах массовой информации, то первое предположение – это линия руководства. Да, есть владельцы газет или главные редакторы, разделяющие и даже пропагандирующие ксенофобские взгляды. Но если говорить о телевидении, которое по большей части контролируется государственным аппаратом, то оно, конечно же, не заинтересовано в том, чтобы разжигать национализм. Совсем наоборот, власть явно испугана ростом таких настроений.

Но беда в том, что большинство журналистов разделяет господствующие в обществе идеи и предрассудки, а наше общество глубоко, снизу доверху, заражено ксенофобскими и даже расистскими идеями. Знаете, в чем разница между книжными магазинами Лондона и Москвы? И у нас, и у них полки ломятся от публицистической литературы о третьем рейхе. Но в Англии это исключительно антифашистская литература, а в наших магазинах полным-полно настоящих фашистских книг, хотя ни продавцы, ни, возможно, сами авторы этого не понимают.

В стране, победившей гитлеровскую Германию, никогда не было настоящего антифашистского воспитания. Напротив, в сталинские времена в обществе распространялись расистские взгляды. И руководство страны пыталось проводить настоящие чистки по расовому признаку, какие за несколько лет до этого проходили в нацистской Германии. Это касалось в основном евреев, но не только – был еще ряд этнических групп, фактически объявленных врагами. Депортации целых народов и были проявлением расизма.

В начале июля 1952 года профессор Р. Белкин обратился к Сталину с письмом. Он предлагал отказаться от паспортного определения национальности, обращал внимание на то, что русские евреи уже ничем не отличаются от русских. "Ассимиляция евреев, особенно интеллигенции, - писал профессор, - настолько глубока, что нередко подростки еврейского происхождения узнают, что они не русские, только при получении паспорта... Они воспитаны на советской русской культуре. Они не отличаются по условиям своего быта от коренного населения. Они считают себя русскими людьми, отличаясь от последних лишь паспортными данными. Изменился и психический склад, исчезли и некоторые остатки национального характера, свойственного евреям в прошлом. Не пришло ли время ликвидировать искусственное паспортное обособление русских людей еврейского происхождения от русского народа?"

Помощник вождя Александр Николаевич Поскребышев переадресовал письмо фактически второму человеку в стране - члену политбюро и секретарю ЦК Георгию Максимилиановичу Маленкову. Тот велел аппарату ЦК подготовить ответ. Отдел экономических и исторических наук и вузов ЦК партии заказал справки в Институте языкознания и Институте философии Академии наук СССР. Институт языкознания