Цыгане как воплощение индоевропеизма

Александра Романова

…Они лежали на траве недалеко от одной из городских помоек: три молодые цыганки в цветастых махровых банных халатах. Недалеко бегали и кувыркались их смуглые ребятишки, а они себе знай мирно беседовали, курили, не обращая на зевак-прохожих ровным счётом никакого внимания. Помню, как умилилась я естественности поведения этих вечных детей природы: видимо, шли куда-то, притомились, тут же приземлились и стали отдыхать. Трудно представить, чтобы кто-либо из обычных горожан уселся для отдыха возле мусорных контейнеров.

Ещё одна встреча памятна: торопилась я куда-то, положив кошелёк с зарплатой в карман пальто, а навстречу мне двигалась ватага цыган. Когда этот пёстрый вихрь, омыв меня, исчез за поворотом, портмоне при себе я уже не обнаружила. Догонять и скандалить не было смысла.

Историческое реноме такое у этого племени: «Спрячь – выкраду». А ещё ассоциируются с цыганами «Живой труп» Толстого, мучительно-прекрасные песни и пляски, шали с кистями, экстрасенсорика, шатры, костры, страсть к лошадям, высший пилотаж в кузнечном деле и, конечно же, вольная воля и дружба с ветром, дорогой, звёздами…

Кто же они, эти люди? Более-менее ясный ответ, думаем, вырисуется из сегодняшнего разговора с цыганским бароном Молдовы Артуром Черарём, в гости к которому я недавно съездила.

Архитектурный ералаш

Живёт Артур Михайлович с семейством в славном городке Сороки на севере республики. Многочисленным экскурсантам гиды с гордостью показывают так называемую цыганскую горку – усыпанный особняками ромов холм. Насчёт домов – особый разговор. Хатки чавалы себе выстраивают – хоть стой, хоть падай. Немыслимая эклектика стилей, архитектур, эпох. Домины все огромные, 2-3-этажные, с колоннадами, затейливой лепниной, длинными террасами, вычурными крышами. Тут есть и китайская пагода, и Большой театр со взмыленной тройкой пегасов, и ханский дворец, и а-ля православная церковь с куполами. Многие дома не достроены – в республике налоги на недвижимость начинаются только с 80-процентной их готовности.

Дом барона – один из красивейших, по цыганским меркам. Артур возвёл его рядом с отцовским, таким же огромным, но экстерьерно более скромным. Вот эти два здания образуют прямой угол, а вместе с оградой – большой двор, по которому в качестве охранников бегают два большущих пса. Очень, кстати, добрых.

Идём по мощёному двору. Посреди него стоят две или три автомашины – на вечном ремонте. Шустрым колобком выкатывается внучка Мадонка, любимица барона. Это ребёнок Артура Артуровича – сына. Ещё у Чераря есть две дочери, Соня и Анжела. Обе – писанные красавицы. Первая собирается стать юристом, вторая пока что учится в школе. По мнению юной женской половины семейства, ранние браки, свойственные цыганам – не для них.

Между пращурами и Декларацией прав

Действительно, у барона в быту есть отличия от цыганской архаики. Например, многим известно, что прикосновение мужчины к юбке или обуви замужней женщины считается у цыган страшным грехов – осквернением. Бывали случаи, когда на новенькую машину клались женские тапки, и она уже считалась опоганенной. От авто срочно избавлялись (продавали). Именно по этой причине замужние женщины не имели права ходить и убираться на втором этаже здания.

Теперь у сорокских цыган этого пережитка прошлого нет. Однако же садиться с мужчиной за стол слабый пол не имеет права, равно как и переходить ему дорогу.

Ещё о традициях. Цыганская община живёт своей особой, замкнутой жизнью. Суд здесь вершится – тоже свой, цыганский. Только в редких случаях ромы обращаются к местному правосудию.

Свадьбы играются, при этом молодожёны не обязательно регистрируются в загсе, главное – уговор между родителями жениха и невесты и весёлая гульба. Причём жёсткой таксы в отношении даров, как на свадьбах у других национальностей, тут не наблюдается.

Молдавские цыгане давно оседлы. По словам хозяина дома, кочуют нынче только европейские ромы, а шенгенские визы тому благоприятствуют: целыми кавалькадами автофургонов и