21 Марта 2008, 10:59
590
Ссылка скопирована
Абстракция рождается с натуры
Миссия ОБСЕ в Молдове представляет выставку живописи Лидии Мудрак. Сама художница экспозицией в целом удовлетворена: «Каждая картина – это мир в себе, но всегда имеет значение, какая работа рядом. Они ведь тоже взаимодействуют, и если подобраны плохо, то у зрителя впечатление не сложится. Поэтому персональная выставка для художника – экзамен всегда». Если бы я была коллекционером, то обязательно пополнила коллекцию работой «Джигитовка»: лихая наездница на голубом коне, конь без седла, без ...
Миссия ОБСЕ в Молдове представляет выставку живописи Лидии Мудрак. Сама художница экспозицией в целом удовлетворена: «Каждая картина – это мир в себе, но всегда имеет значение, какая работа рядом. Они ведь тоже взаимодействуют, и если подобраны плохо, то у зрителя впечатление не сложится. Поэтому персональная выставка для художника – экзамен всегда».
Если бы я была коллекционером, то обязательно пополнила коллекцию работой «Джигитовка»: лихая наездница на голубом коне, конь без седла, без поводьев, оба то ли в свободном полете, то ли в свободном падении парят. Картина рядом: женщина-клоун, так мы, прекрасные дамы, выглядим на арене цирка, в который превратился современный мир. Большой пейзаж с Днестром сделан по маленькому этюду с натуры. «Если бы вы сравнили этюд и пейзаж, увидели бы совершенно разные вещи, - приоткрывает двери в свою мастерскую Лидия. - В том маленьком формате невозможно было передать все чувства, которые я испытывала, пока писала его. Как дул сильный ветер в тот вечер, как двигались облака, струилась вода».
-Когда приступаете к делу, думаете о том, будет работа нравиться или нет?
- Смотря, с какой стороны подходить. Если проблема художника в том, чтобы работу продать, то в этом случае он, конечно, должен думать о том, чтобы понравиться. Я такую задачу не ставлю. Больше того, если эта задача будет перед тобою маячить, ты не сможешь полностью отдаться работе. Думаю только о том, что меня тревожит в себе, окружающем мире, о том, что интересует, если это работа с натуры. И стараюсь максимально выложиться, чтобы передать свои чувства и ощущения зрителю. Если кто-то не поймет – это его право, мы все очень разные. Радует, когда незнакомый человек видит в работе именно то, что я туда вложила. Особенно если это абстракция. И в этом, наверное, успех.
Работа на натуре занимает немало места в творчестве художницы, хотя реалистическая манера, пожалуй, не ее образ жизни. Реализм – понятие, в общем-то, не совсем конкретное, удивляет меня Лидия Мудрак. Нельзя сказать, что импрессионизм не был реализмом. И абстракционизм появился почти сразу за импрессионизмом, тот же Кандинский «Стогом сена» Клода Моне был вдохновлен на первую абстрактную акварель. Последние пейзажи Сезанна и Клода Моне уже практически абстрактные, в них исчезает предмет как таковой. Поэтому Лидия не делит живопись на реалистическую и абстрактную, ведь внутри любого самого реалистического пейзажа лежит абстрактная конструкция. И у старых мастеров она существует. Просто наше время вытащило на поверхность этот скелет изобразительного искусства как таковой. И наоборот: если в работе отсутствует элемент условности, то тот же пейзаж будет производить впечатление мертвого.
Абстракция для нее – дело не такое уж простое, как кажется многим на первый взгляд. Наоборот, писать такие вещи очень даже сложно. «Обычно серия абстракций идет как раз после работ на натуре, после пейзажей. И происходит, видимо, от переизбытка какой-то творческой энергетики. Более того, если я не работаю на натуре, абстракцию вообще не сделаю никогда, не смогу подступиться к ней. И только общение с миром, природой зажигает творческий огонь». Из знаменитых мастеров прошлого века ей близко творчество Кандинского, Матисса, Ван Гога – тех, кто работает с цветом.
Жанр портрета ей особенно далек. Потому, что там всегда требуется сходство, а Лидии оно не нужно. «Порой и композиции посвящены конкретным людям, которые даже узнаваемы, - говорит Лидия. - Но здесь я не обязана передавать внешний облик. Вообще считаю, что фотография сделает портрет, который будет похож на оригинал, гораздо лучше. А в задачу искусства входит передача неуловимого. Внутренняя свобода у художника должна быть всегда, считает преподаватель детской художественной школы им. Щусева Лидия Мудрак. Даже у того же ребенка. «Если ребенок сопротивляется мне, как учителю, хочет делать что-то свое, я это поощряю. Требую только, чтобы был убедителен в своей правоте».
В искусстве нет самого лучшего, бывает лишь – п
Если бы я была коллекционером, то обязательно пополнила коллекцию работой «Джигитовка»: лихая наездница на голубом коне, конь без седла, без поводьев, оба то ли в свободном полете, то ли в свободном падении парят. Картина рядом: женщина-клоун, так мы, прекрасные дамы, выглядим на арене цирка, в который превратился современный мир. Большой пейзаж с Днестром сделан по маленькому этюду с натуры. «Если бы вы сравнили этюд и пейзаж, увидели бы совершенно разные вещи, - приоткрывает двери в свою мастерскую Лидия. - В том маленьком формате невозможно было передать все чувства, которые я испытывала, пока писала его. Как дул сильный ветер в тот вечер, как двигались облака, струилась вода».
-Когда приступаете к делу, думаете о том, будет работа нравиться или нет?
- Смотря, с какой стороны подходить. Если проблема художника в том, чтобы работу продать, то в этом случае он, конечно, должен думать о том, чтобы понравиться. Я такую задачу не ставлю. Больше того, если эта задача будет перед тобою маячить, ты не сможешь полностью отдаться работе. Думаю только о том, что меня тревожит в себе, окружающем мире, о том, что интересует, если это работа с натуры. И стараюсь максимально выложиться, чтобы передать свои чувства и ощущения зрителю. Если кто-то не поймет – это его право, мы все очень разные. Радует, когда незнакомый человек видит в работе именно то, что я туда вложила. Особенно если это абстракция. И в этом, наверное, успех.
Работа на натуре занимает немало места в творчестве художницы, хотя реалистическая манера, пожалуй, не ее образ жизни. Реализм – понятие, в общем-то, не совсем конкретное, удивляет меня Лидия Мудрак. Нельзя сказать, что импрессионизм не был реализмом. И абстракционизм появился почти сразу за импрессионизмом, тот же Кандинский «Стогом сена» Клода Моне был вдохновлен на первую абстрактную акварель. Последние пейзажи Сезанна и Клода Моне уже практически абстрактные, в них исчезает предмет как таковой. Поэтому Лидия не делит живопись на реалистическую и абстрактную, ведь внутри любого самого реалистического пейзажа лежит абстрактная конструкция. И у старых мастеров она существует. Просто наше время вытащило на поверхность этот скелет изобразительного искусства как таковой. И наоборот: если в работе отсутствует элемент условности, то тот же пейзаж будет производить впечатление мертвого.
Абстракция для нее – дело не такое уж простое, как кажется многим на первый взгляд. Наоборот, писать такие вещи очень даже сложно. «Обычно серия абстракций идет как раз после работ на натуре, после пейзажей. И происходит, видимо, от переизбытка какой-то творческой энергетики. Более того, если я не работаю на натуре, абстракцию вообще не сделаю никогда, не смогу подступиться к ней. И только общение с миром, природой зажигает творческий огонь». Из знаменитых мастеров прошлого века ей близко творчество Кандинского, Матисса, Ван Гога – тех, кто работает с цветом.
Жанр портрета ей особенно далек. Потому, что там всегда требуется сходство, а Лидии оно не нужно. «Порой и композиции посвящены конкретным людям, которые даже узнаваемы, - говорит Лидия. - Но здесь я не обязана передавать внешний облик. Вообще считаю, что фотография сделает портрет, который будет похож на оригинал, гораздо лучше. А в задачу искусства входит передача неуловимого. Внутренняя свобода у художника должна быть всегда, считает преподаватель детской художественной школы им. Щусева Лидия Мудрак. Даже у того же ребенка. «Если ребенок сопротивляется мне, как учителю, хочет делать что-то свое, я это поощряю. Требую только, чтобы был убедителен в своей правоте».
В искусстве нет самого лучшего, бывает лишь – п


